Книга Совсем другая любовь, страница 211 – Катори Ками, Алекс Сюар

— Я вовсе тебя не обвиняю сейчас, — вздохнул Валентайн. — Просто… — он опустил голову. — Но знаешь, я ведь тоже не виноват в том, что умер, — усмехнулся криво.

— Не виноват, — согласился Майкл, снова глядя на Валентайна в упор. — И я тебя не обвиняю. И ты… — выдохнул он, тщетно пытаясь вернуть голосу ровную интонацию, — и ты не смей обвинять меня. Никогда больше! Не тебе судить обо мне и о нем. Ты и понятия не имеешь, каково терять. Какие у тебя вообще были проблемы? Пирожное засохло? Или телка настырная наскучила? Так вот… нас с Джеймсом жизнь малость сильнее потрепала!

Валентайн поднял на него глаза, прищурился и покачал головой.

— Остынь, — попросил он. Именно попросил, без вызова или приказа. — И не будем больше об этом. Давай лучше постараемся, чтобы не появлялось поводов для взаимных обвинений. И да, ты прав. Того человека, про которого рассказываешь ты, я действительно не знаю, — он даже не попытался скрыть горечь в голосе.

— Еще успеешь познакомиться, — бросил Майкл. — Тем более, как ты там говорил? А, да… У тебя есть все возможности для этого.

— Я как раз очень надеюсь, что у меня есть все возможности этого никогда не узнать, — ответил Валентайн сухо. — И наоборот — познакомить тебя с настоящим Джеймсом.

Ответить Майкл не успел — вернулся довольный Джеймс. Валентайн мгновенно переменился в лице, теперь было совершенно невозможно понять, что у них только что был неприятный разговор. Да что там лицо — даже выражение глаз изменилось будто по щелчку.

— Ну? — Майкл сидел к Джеймсу спиной, и тот не уловил напряжения. — Поехали?

— Вы идите, — Майкл кивнул на кровать, — а я пока доем, — он снова придвинул тарелку и принялся жевать подобие мяса с особым усердием.

— Не будь букой! — фыркнул Джеймс. Он наклонился взялся за его вилку и отправил себе в рот последний кусочек. — Всё, доел! — объявил весело. — Идем! — и потянул его за руку, а потом и вовсе обнял за плечи. — Знаешь, я всегда хотел пойти в нормальную школу, потому что там был театральный кружок.

Ничего не оставалось, как Джеймсу уступить. Майкл улыбнулся его последним словам, хотя так ничего и не ответил, и встал из-за стола. Достаточно было лишь представить, как он ляжет на их кровать, как на Майкла накатило самое настоящее омерзение. И если бы не руки Джеймса на его плечах, его бы наверняка передернуло.

— Да полно тебе, — покачал головой Валентайн. — Когда мы встретились, ты уже ничего, кроме неба, не видел. Только и говорил, что про самолеты.

Он забрался на кровать, откатившись к стене, и Джеймс поспешил за ним, утянув Майкла за собой. Причем не на край кровати, и даже не на середину — он залез в самую глубь, прижавшись боком к Валентайну и буквально притиснув Майкла к себе.

— А может, и усну, — выдохнул довольно, устраиваясь. — КРИС, врубай!

Майкла окутало некогда привычное тепло, и он зажмурился. В какой-то момент даже стало все равно и на эту проклятую кровать, и на лежащего рядом Валентайна.

— Да? — хмыкнул Майкл. — И кто же тогда заставит меня забыть о Ричарде Гире?

— Чертов Гир! — рассмеялся Джеймс. Заиграла музыка, и он снова заёрзал, будто не в силах был лежать спокойно. А потом вдруг в комнату скользнул робот, аккуратно держа за гриф самую настоящую гитару.

— Вот же… — удивленно выдохнул Валентайн, а Джеймс издал ликующий вопль.