Книга Совсем другая любовь, страница 177 – Катори Ками, Алекс Сюар

— Не может быть… — прошептал он и изменился в лице.

Валентайн слабо улыбнулся и, так и не открыв глаза, пошарил рукой по кровати и, нащупав бедро Джеймса, улыбнулся сильнее.

— Полежи со мной, — попросил он сонно, — не убегай, — и обнял его за талию.

Джеймс гулко сглотнул и остался напряжен, как натянутая струна.

— Сколько я спал? — спросил он хрипло. — Майкл приходил? Я должен с ним поговорить.

— По ощущениям — часов восемь, — произнес Валентайн и медленно, с неохотой открыл глаза. — Приходил. Последний раз я его видел в его комнате, — он зевнул, явно не выспавшись, но снова улыбнулся: — Лучше иди прямо сейчас. Не то проснусь окончательно… — фразу он не закончил и вопреки словам подкатился к Джеймсу под бок и обнял сильнее.

Джеймс некоторое время буравил его взглядом, а потом медленно и неохотно отвернулся.

— Нет, Тай, — сказал он тихо, но твердо. — Пока что никаких не то быть не может. Я просто не могу, понимаешь? — Джеймс мрачнел на глазах. — Он итак сломан-переломан весь, а так я доломаю его до конца.

Объятие, окольцевавшее его, исчезло, однако сам Валентайн не отодвинулся ни на дюйм.

— Иди… — прошептал он Джеймсу в затылок и легонько коснулся губами его волос, опускаясь к шее. — Возвращайся, как… как посчитаешь нужным, — он гулко сглотнул и огромным усилием заставил себя перекатиться на спину.

— Тай, я… — начал было Джеймс, но оборвал фразу, вместо этого взяв его ладонь в свои и крепко стиснув. — Ты нужен! — выдохнул почти яростно. — Всегда нужен!

Валентайн внимательно посмотрел на него и накрыл свободной ладонью руки Джеймса.

— Тебе пора начать успокаиваться, — сказал серьезно, но голос его остался мягким. — Ты весь как оголенный нерв.

— Наверное, — Джеймс медленно кивнул и через силу улыбнулся. — Но у меня что ни день — то двести двадцать по этому оголенному. Того и гляди замкнет. Как только я выйду из комнаты, например.

В глазах Валентайна отразилось сочувствие, но очень скоро его взгляд изменился.

— Ненастоящая… — прошептал он, изучая улыбку Джеймса. — Черт возьми, Джеймс! — он покачал головой, помолчав. — Когда ты в последний раз делал то, что хотел? А не то, что должен?

— Где, в армии? — Джеймс усмехнулся. — Там я даже в туалет по желанию далеко не всегда мог сходить. А здесь… Поверь, здесь мне уже мало чего хотелось. А впрочем, — он покачал головой. — Неважно. Не бери в голову. Лучше поспи еще немного. А потом приходи завтракать.

— Большое спасибо за приглашение, — ответил Валентайн, выслушав Джеймса с предельным вниманием. — И последний штрих, — совсем не меняясь в лице, он растянул губы в дежурной улыбке. — Кажется, так теперь начнем общаться? — тут его глаза потеплели, и улыбка стала живой. — Боюсь, мне придется долго этому учиться. И знаешь, — выдохнул он, — я уж по старинке…

А в следующую секунду уже не было разделяющего их расстояния. Валентайн его обнимал.

Джеймс застыл на несколько долгих секунд каменной статуей, а потом изо всех сил стиснул его в ответ, комкая в кулаках рубашку из диковинной ткани КРИСа. Зарылся пальцами в волосы, прижался щекой к щеке.

— Мое сердце сгорело вместе с тобой, — прошептал с явственной горечью. — Пришлось учиться жить без него. Будет сложно вытравить новые привычки. Я совсем забыл, что значит делать то, что хочется.