Книга Синдром, страница 11 – Катори Ками

Ирвину до безумия хотелось послать его к черту. Для подобного “состояния здоровья” есть специализированные клиники и частные наркологи. Но…

Белл не был похож на алкоголика. Да, выглядел до сих пор будто с бодуна, но ветер, дувший ему в спину, не доносил до Ирвина и тени перегара.

— Проехали, — Ирвин сел. — Прости, контракт я не читал. Моему агенту не показалось такое условие критичным, тем более, что у меня тут было чем еще заняться. Должно было быть, — поправился неохотно. — И теперь ты меня извини, но в ближайший час я в море не полезу, — сказал спокойно. Честно говоря, Белл до сих пор не производил впечатления готового к работе. — Может, после обеда? Зайдешь за мной или крикни. Тут тишина, я услышу.

— Я зайду, — кивнул Белл и впервые за все время на его лице проступила заметная эмоция — облегчение. — Спасибо.

Он кивнул Ирвину и медленно побрел обратно к дому.

Ирвин перевернулся на живот и закрыл глаза. Солнце здесь было ласковое и совсем не жгло кожу. Загорать голышом оказалось так же приятно, как и купаться. Может, и стоило попасть в такую передрягу, чтобы получить возможность побыть наедине с собой.

Ирвин, наверное, задремал бы, если бы в ленивые, сонные мысли не врезались то и дело воспоминания о Белле. Его тяжелая походка, немногословность. Что с ним не так? Вряд ли какое-то соматическое заболевание — он не испытывал явной боли. Что же тогда? Панические атаки? Или, может, мигрень?

Этой бедой страдала его мать. Люди судачили, что мигрень — это просто способ привлечь к себе внимание. Но Ирвин, отец и сестра знали, насколько страшные мучения приходилось терпеть матери. В последние годы медицина продвинулась вперед, были найдены неплохо работающие лекарства. Но все равно приступ вырывал маму на сутки, а то и двое, из жизни. Головная боль, дезориентация, тошнота и светобоязнь.

У Белла был вполне типичный вид человека, страдающего мигренью. И алкоголь тут был совсем ни при чем.

Белл сдержал слово. Поднялся наверх, постучался в номер и протянул открывшему дверь Ирвину очередной запаянный пакет.

— Можете не застёгивать, — сказал тихо и почему-то посмотрел на его часы. — Я помогу.

— Можешь звать меня по имени, — Ирвин жестом пригласил Белла в номер. — И я не брезгую надеть одно и то же дважды. Давай я буду его прополаскивать и вешать на просушку?

Он быстро скинул одежду и влез в костюм. В охлажденном кондиционером воздухе номера сделать это оказалось куда проще.

Белл застегнул на нем комбинезон и последовал было на выход, но потом вдруг притормозил.

— Прости… — он замялся, явно пытаясь сформулировать какую-то мысль. — Извини, но ты не мог бы оставить часы здесь?

Ирвин посмотрел на Белла, потом на часы. Они были водонепроницаемы и отлично держались на руке, ни за что не цепляясь, но мало ли, чем они не нравились Беллу. Может, их писк раздражал после недавнего приступа.

— Без проблем, — Ирвин решил, что вполне обойдется без подсчета потраченных калорий сегодня. Он уже решил, что в отпуске, так может отправить вслед за телефоном и часы?.. Нет, пожалуй, он просто оставит их на тумбочке. — Ну что, идем? — спросил, потирая освобожденное от силиконового ремешка запястье. — Я сегодня утром еле встал, если честно. Болит все, от затылка до пяток.

— Боюсь, дальше будет хуже, — о чудо, Белл, кажется, позволил себе скупую улыбку. Или это была гримаса боли?.. — Обычно тут работает массажист.