Книга #длягризли, страница 48 – Катори Ками, Гелла Верона

— О! Это мы удачно приехали! — разулыбался Эван и повернулся к Рику. — Колин — это мой родной брат. Старший. С Ларсом бы еще вас познакомить, и все семейство было бы в сборе.

— Я ему вчера позвонил, думал устроить тебе, затейнику, сюрприз в квадрате. Но увы, Ларс на другом конце света, — Джеймс хмыкнул. — Велел передать, что убьет любого, кто вздумает пройти его уровень в игре.

Рик крепче прижал Эвана к себе, и посмотрел в окно. Эдинбург с его перекрестками и светофорами остался позади, и теперь Джеймс лихо мчал их по отличному шоссе.

За окнами проносилась Шотландия. Такая, как Рик и представлял себе — поля зеленой травы, торчащие вверх холмы и скалы. Дорога то и дело пересекала речки и небольшие озера, взбиралась на вершины и ухала вниз. Эван рассеянно смотрел вперед, явно еще не до конца проснувшись. А может, снова начал задремывать. Джеймс включил радио — какая-то станция, гоняющая рок-хиты конца девяностых, и негромко подпевал, когда слышал знакомые песни.

Они ехали, наверное, около часа. Рик, завороженный простой и спокойной природой, потерял счет времени. Шотландия чем-то напоминала его родную Данию — такое же низкое небо, такая же сочная трава, так же много влаги. Но если Дания напоминала Рику огород Золушки — каждая травинка на своем месте, все розовые кусты правильной формы и размера, в меру политые, вовремя подкормленные и исправно цветут в положенное им время, то Шотландия походила на дикую яблоню: местами неровная, неприхотливая и почти незаметная в лесу, но абсолютно свободная. На память пришли факты из истории Шотландии, борьба горцев за независимость, ихсвободолюбие.

— Почти на месте, — голос Джеймса вывел Рика из задумчивости.

Мюррей-старший плавно сбросил скорость и свернул с автострады. Пара минут — и еще один поворот, теперь уже на проселочную дорогу, покрытую плотно укатанным гравием. Они проехали совсем чуть-чуть, и Рик увидел раскинувшееся у подножья холма поселение. Сложно было сказать, город это или деревня: блоки таунхаусов граничили с ладными коттеджами, не уступающими роскошью голливудским поместьям, с бассейнами и ухоженными лужайками, а еще с массивными, основательными домами, с пристроенными к ним хозяйственными постройками и внушительными огородами.

— Молодежь не больно-то хочет в навозе возиться, и в шумный город уехать не торопится, — Джеймс махнул в сторону таунхаусов. — А кто побогаче, те дома выбирают. Но и наши фермы что-то да стоят. В этом году муниципалитет разрешение на освоение земли дал, так три новых подворья строят. А старый МакКимли двух павлинов купил. Теперь орут каждое утро! — он крякнул, усмехнувшись. — Ну вот и приехали.

Он свернул к обнесенному высоким забором дому. Рик был готов увидеть вытоптанный двор и снующую туда-сюда птицу, но за отъехавшими в сторону автоматическими воротами был только газон и шикарные цветники. Сам дом, двухэтажный, большой, почти целиком был покрыт плющом и плетистыми розами. Но у двери в гараж стояли несколько пар резиновых сапог, на дорожке возле клумбы кто-то бросил большую тачку, а стоило Джеймсу заглушить мотор, Рик услышал многоголосый гомон домашней птицы, басовитый собачий лай.

Воздух был наполнен ароматами свежескошенной травы, цветов, и да, щедро приправлен нотками навоза. Но Рику это не показалось отталкивающим — напротив, после пыльного, загазованного Лос-Анжелеса здесь дышалось легко и свободно.