Книга Главный герой блокбастера, страница 138 – Катори Ками, Гелла Верона

А в пятницу Маккентой украдкой пробрался к нему в гримерку.

— В общем, я подумал и решил, — заявил с порога. — Сегодня ко мне не приезжай. А завтра утром встретимся у клуба. А то мы и эти выходные проваляемся в постели.

— Да брось, не можем же мы все выходные проваляться, — запротестовал было Алеф и тут же рассмеялся. — Ладно, давай подстрахуемся, — кивнул и поднялся на ноги.

Вот только сказать оказалось легче, чем сделать. Алеф и сам не заметил, насколько привык к ночевкам у Дерека. Дело было не в сексе и не в готовке Гидеона. Протянуть без секса один день и съесть на ужин купленную по дороге пиццу было не в новинку. Молчать — тоже, они ведь могли часами не перекидываться с Дереком ни словом, занимаясь каждый своими делами. Но сейчас, копаясь в корвете, а потом бесцельно пялясь в телек, Алеф пару раз ловил себя на мысли, что оглядывается или кладет руку рядом, чтобы увидеть Дерека или почувствовать. Но взгляд и пальцы натыкались на пустоту, и противно давило одиночество… Не уединение, не то уютное молчание, а гнетущее и давящее ощущение, что ты один. Даже когда Дерек уезжал, ничего подобного с ним не было: просто работа, просто несколько дней не вместе, просто редкие смски и возможность заняться своими делами или встретиться с парнями… И даже с Сесиль. Спать одному, когда Дерек дома и ничем не занят, ему не приходилось давно.

Мелькнула было предательская мысль, а не сплавил ли Маккентой его специально, чтобы освободить, так сказать, место. Алеф быстро задушил ее: Дерека невозможно было обвинить в изворотливости или вранье. Он не стал бы приплетать конный клуб, а просто бы сказал, что у него встреча. Или дела. Повторив это несколько раз, как мантру, Алеф усилием воли заставил себя выбросить глупости из головы и вернулся к блестящему лаком и хромом почти готовому корвету.

Вечер немного скрасила Линда. Позвонила как всегда из машины, тараторила и кричала в трубку. Сказала, что выслала несколько сценариев с оглядкой на строчку "Странствующие" в фильмографии Алефа, намекнула, что ведет переговоры о рекламном контракте с крупной фирмой одежды. Потом, несколько раз отчаянно погудев кому-то, как бы вскользь спросила:

— Как съемки?

Алеф мысленно закатил глаза и вспомнил данное себе обещание ее прибить. Хитрая лиса, она, конечно же, знала, что съемки идут прекрасно и что та самая сцена уже давно отснята, но ей непременно хотелось услышать, что скажет сам Алеф.

— Это было круто, — выдал он ей слова Дерека, — надо бы повторить.

— С порнухой я не работаю! — заявила на это Линда и отключилась, явно с облегчением выдохнув, что расторжение контракта ей не грозит.

Алеф фыркнул и вернул в холодильник так и не открытую бутылку пива. Принял душ, забрался в кровать. Долго ворочался, пытаясь снова вспомнить, как спать одному, и, наконец, нашел удобную позу.

Интересно, а как бы все сложилось, не поставь Мион эту пресловутую сцену в самое начало съемок? Не отправь Алеф Дерека в стену и не возьмись тот репетировать с ним в выходные, — какие отношения были бы у них сейчас? Дерек все еще держался бы отстраненно-сухо и молча удалялся в свою гримерку — или они все равно бы схлестнулись на фоне любви к железу? Хотя как, если Дерек просто садился на байк и уезжал, а Алеф вечно задерживался в гримерке и покидал стоянку едва ли не последним?