Книга Смерть чужака, страница 72 – Мэрион Чесни Гиббонс

Рядом с автобусом затормозила машина. Хэмиш безучастно посмотрел на водителя, который вылез из нее, и его сердце болезненно сжалось. Присцилла Халбертон-Смайт. Он уставился прямо перед собой, чувствуя бешеный стук крови в ушах.

Она заглянула в дверь автобуса.

— Подвезти вас до Лохдуба, господин полицейский? — спросила она.

Таузер бросился к Присцилле, восторженно поскуливая.

— Да, было бы здорово, Присцилла, — сказал Хэмиш, настороженно на нее поглядывая.

Он старался не смотреть на нее, но все равно болезненно подмечал стройность и элегантность ее фигуры и золото волос.

Схватив свои сумки и картину, он вылез из автобуса. Присцилла открыла багажник.

— Закидывай свои вещи сюда, Хэмиш, — сказала она. — А это что за коробка? Похоже на картину.

— Она и есть, — ответил Хэмиш. — Лучше я положу ее на заднее сиденье, чтобы не повредить.

— А что, если Таузер сядет на нее?

— Нет, он всегда спит на полу. Ты же знаешь, Присцилла.

— Да, верно, знаю. — Она выпрямилась, уложив его вещи в багажник, и захлопнула крышку. В ее ясных и спокойных глазах появился немой вопрос. — Ты как будто не слишком рад меня видеть, — сказала она.

— Я рад, — скупо отозвался Хэмиш. Затем он обошел машину, запустил Таузера назад и положил картину на сиденье, а после забрался спереди.

Присцилла уже собиралась трогаться, но вдруг приглушила двигатель и сказала:

— К нам бежит какая-то женщина. Ты ее знаешь?

— Это Дженни, — сказал Хэмиш. Он опустил стекло.

— Рада, что успела, — запыхавшись, выдохнула Дженни. — Ты забыл сэндвичи и термос. — Она посмотрела за спину Хэмиша на Присциллу.

— Присцилла, это Дженни Ловлас. Дженни, Присцилла Халбертон-Смайт.

Присцилла потянулась через Хэмиша, и девушки пожали руки. Дженни вдруг сильно покраснела.

— Ох, я запачкала вас масляной краской. Мне так жаль.

— Ничего страшного, — сказала Присцилла, открывая сумочку и доставая пачку салфеток и бутылочку. — У меня с собой жидкость для снятия лака, она справится с краской.

«Ну конечно же», — хмуро подумал Хэмиш.

— А можно... поговорить с тобой наедине, Хэмиш? — спросила Дженни.

Хэмиш выскользнул из машины. Присцилла наблюдала, как Дженни что-то говорит, а потом крепко обнимает высокого полицейского. Присцилла чувствовала себя глупой и несчастной и жалела, что вообще приехала. Она позвонила в Кроэн и узнала, что Хэмиш уезжает сегодня. В полицейском участке трубку сняла женщина. Наверное, это была Дженни.

— Вероятно, это она звонила вчера, когда тебя не было дома, — прошептала Дженни. — Я забыла тебе сказать, прости.

— Ничего, Дженни. До встречи. Пиши мне.

Хэмиш забрался обратно в машину. Глаза Дженни наполнились слезами, она развернулась и побежала прочь по главной улице.

Присцилла выжала сцепление, и «Вольво» плавно тронулся с места. На ней был приталенный твидовый пиджак, надетый поверх белой рубашки, тонкая шерстяная юбка, прозрачные колготки, а на ногах — практичные броги. Светлые волосы мягко обрамляли идеальный овал лица.

— Я приехала, потому что мне было жаль тебя, — сказала Присцилла. — Кроэн — не самое мое любимое место. Но ты, кажется, был здесь довольно счастлив.

Хэмиш хмыкнул, скрещивая руки на груди.

— Кто она?

— Местная художница.

— Это ее картина на заднем сиденье?

— Да.

Присцилла затормозила возле остановки напротив «Кроэнских морепродуктов и дичи».