Книга О чем расскажет ветер, страница 107 – Оксана Ласовская

— Миш, к Лене можно уже?

— Можно, — разрешил Миша. — Только не расстраивай ее, не вдавайся в подробности. Я ей говорю, что у тебя все хорошо. Ей нельзя нервничать.

— Хорошо, я ничего ей не скажу, — пообещала Юля.

Вскоре она уже входила в палату к подруге. Лена с перебинтованной головой лежала у окна, соседняя кровать пустовала.

— Юля! — обрадовалась она, увидев подругу. — Юленька, наконец-то!

— Ленка! — Юля бросилась к подруге и обняла ее. — Как я соскучилась… Мне так не хватает тебя!

— И мне тебя! Миша запретил мне звонить тебе, телефон отобрал. Деспот!

— Он сказал, что тебе нельзя нервничать. Поправишься и будешь делать что захочешь.

— Ага, как же, — скривилась Лена. — Месяцев через восемь разве что. И то не факт, тогда уж я вряд ли смогу делать что захочу.

— Ты о чем? — удивилась Юля.

— Я беременна, подруга, — улыбнулась Лена. — Поэтому Мишка так и трясется надо мной.

— Да ты что! — ахнула Юля. — Вот это новость! Поздравляю!

— Спасибо. Так что готовься стать крестной!

— Обязательно. Подожди, а как… Господи, ты же в аварию попала! С ребеночком все в порядке?

— Да все нормально, — отмахнулась Лена. — Я только здесь и узнала, что беременна. Уже шесть недель.

— Да, ты меня ошеломила. Хоть что-то хорошее за последнее время услышала!

— Давай выкладывай новости, — посерьезнела Лена. — Нашла ты эту Ирину?

— Ирина погибла. Ну, вернее, ее убил Манчуров. А вот мальчика так и не нашли. Ума не приложу, куда она его подевала. Вся милиция на ушах стоит, а толку ноль.

— Ужасно, — вздохнула Лена. — Бедный ребенок. Не хочется даже думать, что он сидит где-то взаперти, один… Ну а ты? Ты сама-то как? Что у вас с Максимом?

— Все хорошо, — через силу улыбнулась Юля. — Буду искать новую работу и…

— Погоди про работу, — перебила ее Лена. — Давай выкладывай, что случилось. И нечего мне тут заливать, что все хорошо. Я знаю, что Мишка тебя накрутил, чтоб ты меня не волновала. Только я еще больше волнуюсь от неведения. Я сто лет тебя знаю и вижу, что ты сама не своя. Рассказывай.

— Ой, Ленка, — Юля спрятала лицо в ладони. — У меня дежавю. Опять я сижу у тебя в больнице, опять боюсь потерять дорогого человека…

— Ты скажешь мне, что случилось, или нет?

— Макс в реанимации, и врачи не дают никаких гарантий.

Юля поведала подруге о событиях последних нескольких дней.

— Да, — присвистнула Лена. — Вот это жизнь вас помотала. Ну и чего ты раскисла? Поправится твой Максим, никуда не денется. Он здоровый мужик! Ну не может быть так, чтоб ты его спасала, как настоящая героиня, и все зря оказалось. Это просто не честно.

— Не честно умирать в таком возрасте из-за шальной пули, а не то, что я его спасала.

— И это тоже, — согласилась Лена. — Но я тобой восхищаюсь! Ты же и правда дважды ему жизнь спасла.

— Лен, это он мне жизнь спас! — воскликнула Юля. — Если бы не он, это я сейчас лежала бы в реанимации. Или еще хуже на кладбище.

— Не говори так, — поежилась Лена.

— Но это так! Манчуров меня застрелить хотел, а Максим меня в окно вытолкнул и сцепился с ним. Он принял выстрел на себя. Если бы не он… — голос Юли сорвался.

— Тише, — Лена села в постели и обняла подругу. — Не реви. Я же не спорю, он молодец, настоящий мужчина. Вы оба молодцы, помогали друг другу. Ну не может так все закончиться, все обязательно будет хорошо. Слышишь?