Книга В лабиринтах дождя, страница 52 – Оксана Ласовская

— Я видел его. — Лёша лёг на диван.

— Кого его? — спросила я, присев у него в ногах.

— Привидение.

Людмила Николаевна ахнула и закрыла рот руками.

— Привидение? — вскинула брови я.

— Ага, — кивнул Лёша. — Знаете, я не верю в потусторонние силы, но, мне кажется, это действительно было привидение. Я пришёл на кладбище, подошёл к могиле Казанцева и почти сразу увидел девушку в белом балахоне. Окликнул её, а она непонятно как вдруг за спиной у меня оказалась. Я оглянулся, а она прочь летит и ногами земли не касается! Я догонять бросился и… Стыдно признаться, но споткнулся и головой об ограду чью-то ударился. Дальше ничего не помню.

Теперь пришла моя очередь рассказывать.

— Понимаете, дорожка светилась, словно выводила нас с кладбища! — закончила я свой рассказ удивлённым возгласом.

— Дедушка тебе помог, — уверенно заявила Людмила Николаевна. — Родные никогда нас не покидают и стараются оградить от бед. Вот и вас он спас.

— Да нет, что вы… — растерянно улыбнулась я. — Это, наверное, луна так светила. Ну как дедушка мог мне помочь? Он же умер! Он же не маг и не волшебник.

— А для того, чтобы помочь родным людям, пусть даже и с того света, не нужно быть волшебником, нужно их просто любить, — вздохнула Людмила Николаевна и, тяжело поднявшись, скрылась в соседней комнате.

Я осталась сидеть рядом с Лёшей. Он спал, но тяжело дышал, его лоб покрывала испарина. Мне самой ужасно хотелось спать, но я боялась заснуть, боялась за Лёшу. К счастью, примерно через час ему стало легче и я, улёгшись рядом с ним, мгновенно отключилась.

Но долго поспать мне не удалось. За окнами было ещё темно, когда Лёша разбудил меня.

— Что? — испугалась спросонья я. — Что случилось? Тебе плохо?

— Нет, нет, всё нормально, — заверил меня Лёшка. — Наташ, прости, что разбудил, но это очень важно.

— Что важно? — никак не могла прийти в себя я.

— Скажи, что стало с домом вашего дедушки, который жил здесь?

— Господи, и ты ради этого меня разбудил! — простонала я, откидываясь на подушки. — Продали дом через год после смерти деда. Алексеевка — хорошее место, долго дом пустым не простоит.

— А на какой он улице? — продолжал допытываться Лёша.

— Да рядом здесь, по Первомайской, дом восемнадцать, — пробормотала я, зарываясь в подушки, и неожиданно разозлилась: — Чего прицепился вообще? Говорю же, продали. Думаешь, я бы молчала, если бы думала, что Вика здесь?

— Ну всё-всё, не буянь, — улыбнулся Лёша, и я тут же растаяла. — Спи, я просто спросил.

— Спросил он, — пробурчала я просто так, для вида, и повернулась к нему спиной. Лёша прижался ко мне сзади, крепко обнял, а я почувствовала себя как в раю. Сразу же забылись все страхи и проблемы, вдруг стало тепло и уютно. Взяв его за руку, я тут же уснула.

Лёша же не спал. Он тихо лежал, боясь потревожить Наташу, и, слушая её мерное дыхание, терпеливо дожидался рассвета. Нет, он был уверен, что она не врёт, дом наверняка действительно продали, но это не значит, что Вика не может прятаться там. Да и вообще, кто знает, что произошло с домом за эти годы. Нет, это обязательно нужно проверить…

Едва за окном рассвело, Лёша тихо поднялся и, одевшись, выскользнул из дома, прижимая руку к ране на голове. Она ужасно болела и опять начала кровоточить, но он старался не обращать на это внимания. Потрепав по холке рыжего Бима, он вышел со двора и огляделся. На улице было холодно, вокруг стелился туман. Поёжившись, парень быстро зашагал вдоль домов. Пройдя несколько метров, он увидел на одном из домов табличку «Первомайская, 1» и повернул. В отличие от города, где иногда невозможно найти нужный дом из-за путаницы в номерах, здесь все дома шли строго по порядку. Уже через десять минут он остановился у ворот с большой нарисованной цифрой восемнадцать.