Книга А ей и не снилось…, страница 119 – Оксана Ласовская

— Миша был на похоронах? — подала голос Рита. — Вы ведь прятали его от людей!

— Его никто и не видел. Виктора прямо из морга доставили на кладбище и похоронили. Я закрыла Мишу в доме, но он сбежал и наблюдал за всем из леса.

— И вы поверили сыну, который, мягко говоря, нездоров? — поразился следователь.

— Миша болен, но врать он не может, — поджала губы Екатерина Алексеевна. — Впрочем, я тоже сначала засомневалась. И стала следить за мужчинами. Часто оказывалась неподалеку от них. И вскоре услышала их пьяный разговор. Они болтали, мол, повезло, никто не видел их у дома Витеньки, а то могли бы в тюрьму из-за придурка попасть. Именно так и сказали. У меня аж в глазах потемнело. И я решила отомстить.

Женщина замолчала, и следователь поторопил ее:

— Продолжайте.

— Я на скрипке играть не умела, а вот Миша мог. На девятый день в полночь я привела его на могилу отца и велела играть. Кладбище было далеко, и в деревне могли не услышать скрипки, поэтому мне пришлось съездить в город и купить усилитель звука. Что-то вроде микрофона. Миша играл, скрипка была слышна даже в домах. Вот тогда-то все перепугались, — развеселилась Екатерина Алексеевна. — Я подожгла дом Николая. Надеялась, что тот погибнет. Но он и его жена спаслись, дети забрали их в город и зажили они припеваючи. Месть не удалась. Тогда я решила, что отправлять их на тот свет нужно самой. Мишка играл, а я исполняла свой план. Пьяного Андрея ударила о столб так, что он проломил голову, Артуру сбросила на голову шиферину с сарая, а с Борисом было совсем просто: толкнула в лужу и подержала в воде, пока тот не задохнулся. Справиться с пьяным проще простого.

— Вы хотите сказать, что залезали на крышу сарая? — поразилась Рита.

— Залезала. Я не такая старая и немощная, какой могу казаться.

— А потом? Зачем была нужна скрипка потом? Вы ведь отомстили!

— Да просто так, — пожала плечами Екатерина Алексеевна. — Мне нравилось смотреть на испуг наших. А уж когда волк человека загрыз, как мы с Мишкой концерт отыграли, я от души повеселилась. Подфартило!

Глядя на довольную женщину, Рита невольно отодвинулась подальше, смотря на нее с откровенным ужасом. Она говорила страшные вещи так легко, как будто делилась рецептом пирожков!

— А мой отец? — спросил Дима. — А Полина? Их-то за что?

— Это уже не я, — открестилась Екатерина Алексеевна. — Наступило следующее лето после смерти Витеньки, а сыночка перемкнуло. Говорил, что люди плохие, их нужно наказать. Я пробовала объяснить ему, что тех, кого надо, мы уже наказали, но он не воспринимал это. Говорил, что людей нужно сажать в тюрьму. Когда исчез Володя, отец Димки, я поняла, что это дело рук Миши, но добиться ничего не могла от него. Люди в деревне начали волноваться, и я испугалась. А если о Мише, а потом и обо мне прознают? Тут и девчонки появились… Кто же знал, что так все обернется, — вздохнула она. — Отведите меня в камеру, я устала.

Следователь молча снял телефонную трубку, и уже через минуту они остались в кабинете одни.

— Знаете, когда мы решили что убивал Миша, это было страшно, но он хотя бы больной человек, а здесь… — поежилась Рита. — Такое хладнокровие. Это же ужас настоящий!

— Вам тоже лучше отправиться домой, — не стал комментировать услышанное следователь. Дима поднялся и потянул за собой Риту.