Книга Отсюда не выплыть, страница 117 – Лорет Энн Уайт

Вопрос вызвал у нее очередной приступ тревоги. Подняв на Ставроса взгляд, Хлоя попыталась что-то сказать, но у нее ничего не получилось. Она повторила попытку. Изо рта вырвался какой-то странный звук, мало похожий на членораздельную речь.

Лоб Ставроса пересекла озабоченная морщина.

— С ней все в порядке?

— Она умерла.

Наступившая тишина длилась несколько бесконечно долгих мгновений. Ставрос моргнул. Дождь барабанил по пластиковому тенту, из кафе доносились голоса посетителей, но Хлоя слышала их как сквозь толстый слой ваты. Налетел порыв ветра, и тент веранды захлопал, словно крылья огромной птицы.

— Ты сказала…

— Она умерла, Ставрос.

— Когда?

— Она… она так и не вернулась из больницы. Мама умерла во время операции. В тот же день, когда ее забрали.

Хлоя прикусила губу и осторожно поставила кружку с шоколадом на стол – осторожно, потому что руки у нее снова начали дрожать, а ей не хотелось пролить напиток.

Прошло еще несколько секунд, пока Ставрос осмысливал услышанное. Морщина у него на лбу стала глубже (слава богу, он снял свою дурацкую бейсболку), глаза заблестели, взгляд сделался мягким и сочувственным. Какие длинные и густые у него ресницы, внезапно подумала Хлоя.

— То есть когда ты пришла на работу после того, как вызвала маме «Скорую», и попросила отпуск, она уже… – Не договорив, он поднялся и, обойдя стол, опустился на скамью рядом с ней. Взяв ее за руку, Ставрос сказал: – Мне очень жаль, Хлоя…

Она через силу кивнула.

Слегка наклонившись к ней, Ставрос обхватил ее своими длинными жилистыми руками. Он не обнимал ее, а просто держал, и Хлоя не стала отстраняться, хотя все инстинкты наперебой кричали, что она должна спасаться, бежать со всех ног. От него пахло анисовыми леденцами, которые он так любил сосать, и еще чем-то похожим на кедровую смолу. Глаза Хлои снова защипало от слез, и на этот раз она не стала сдерживаться. Никто и никогда еще не обнимал ее так, как Ставрос. И, пожалуй, впервые в жизни она почувствовала себя в относительной безопасности.

Как только Эдам ушел, Джемма выключила телевизор и ринулась в гараж. Там она первым делом ощупала гидрокостюм, висевший на вешалке рядом с «Теслой». Тот немного подсох, но не до конца. Джемма понюхала его – никаких следов затхлости. Если бы, как утверждал Эдам, мокрый, сложенный в несколько раз гидрокостюм действительно какое-то время лежал в сумке в багажнике машины, он бы давно плесенью порос! Во всяком случае, несвежий запах она бы точно почувствовала.

Немного поколебавшись, Джемма лизнула черный неопрен костюма. Он был горьковато-соленым. Вкус морской воды.

Та-ак!.. Джемма повернулась к стене, где висела коллекция винтажных номеров, и вскрикнула от удивления. Стена была пуста. Все номера куда-то исчезли – в том числе и айдахские, которые она заметила у него в сумке.

Подойдя к машине, Джемма заглянула сквозь окошко в салон. На заднем сиденье «Теслы» стояли две большие картонные коробки. Дверцы оказались заперты, и она вернулась в дом, чтобы взять открывающую замки электронную ключ-карту. Потянув на себя ящик кухонного стола, где лежали запасные ключи и прочие мелочи, Джемма схватила кожаное портмоне с ключ-картой – и вдруг замерла. Она вспомнила, что Эдам вернулся от Нарека с целой связкой ключей от его поместья на Северном берегу. Ключи эти Эдам бросил в ящик своей прикроватной тумбочки.