Книга Отсюда не выплыть, страница 114 – Лорет Энн Уайт

Эдам нервно сглотнул, охваченный каким-то смутным беспокойством. В новостях он слышал, что на берегу была какая-то свидетельница, которая куда-то исчезла сразу после трагедии, – женщина с собакой, как сказала журналистка. Может, это она?

И тут же другая мысль поразила его как молния. Что, если эта свидетельница – та самая женщина, которая подглядывает за ними из дома напротив? Тогда становится понятно, почему, выйдя от них, копы сразу направились к ее дому. А теперь она оказалась здесь, возле стихийного мемориала…

Неужели она действительно за ним следит?..

Хлоя стояла возле небольшой группы людей, собравшихся у мемориала женщине, которую сегодня утром убили у нее на глазах.

О том, кем была жертва, сообщили в программе новостей совсем недавно, но эти люди уже принесли на берег фотографии, свечи, маленькие сувениры и игрушки. По всей вероятности, в Ванкувере Марианну Уэйд хорошо знали – среди жителей города было немало любителей триатлона и плавания на открытой воде. И вот они собрались здесь, чтобы почтить память популярного тренера, спортсменки и участницы многих благотворительных состязаний.

Как нелепо она погибла, подумала Хлоя. Какая потеря! Несомненно, существовало немало людей, которые заслуживали гибели и по справедливости должны были умереть раньше Марианны. Лично она могла с ходу назвать несколько имен.

Например, доктор Эдам Спенглер.

Хлоя вспомнила копов, которые расспрашивали ее о том, что она видела. С тех пор как детективы ушли, она не переставая думала о случившемся. Учитывая, что Марианна Уэйд была в розовой шапочке, в какой обычно плавала через Джеррин-Бей Джемма, и буксировала за собой точно такой же лимонно-желтый сигнальный буй, Эдам Спенглер все же мог быть убийцей. Просто он ошибся и принял Марианну за свою жену. А что, если он повторит свою попытку? Значит, жизнь Джеммы по-прежнему в опасности!

К ее огромному удивлению, общение с детективами вовсе не привело к катастрофе, как предсказывала Рейвен. Никто не тащил Хлою в участок, никто не арестовывал. Напротив, она была почти тронута добротой и тактом детектива Хейверс. Быть может, ее мать в молодости совершила что-то такое, что ей приходилось скрывать от полиции? Может быть, этим объясняется ее страх перед властями?

Хлоя никогда прежде не задавалась этим вопросом, и сейчас в глубине ее души шевельнулось что-то одновременно и похожее, и не похожее на воспоминания. Она, однако, не стала на них задерживаться, чтобы не портить себе настроение, которое, вопреки обстоятельствам, было даже лучше, чем всегда. Да, Хлоя твердо знала, что никогда, ни при каких условиях не станет искать помощи у социальных служб, однако после ухода полиции она все же выключила кислородный концентратор и даже нашла в себе силы сообщить Броуди (вслух!), что мамы больше нет. Этого ей хватило, чтобы сейчас чувствовать себя если не победительницей, то, по крайней мере, человеком, который сделал маленький шаг вперед, однако первые минуты были ужасны. То, что она всеми силами отталкивала от себя, после ее слов стало реальностью. Казалось, вся квартира наполнилась тяжелой, пугающей тишиной и одиночеством. Пытаясь бороться с этим ощущением, Хлоя открыла окно, чтобы проветрить комнату, и торопливо сняла с больничной кровати Рейвен постельное белье. Она затолкала его в стиральную машинку и под ритмичное постукивание вращающегося барабана отправилась на кухню, чтобы вылить почти полную бутылку водки в кухонную раковину. «Все равно завтра у меня рабочий день, – сказала она себе, – а на работе полагается хоть что-то соображать». Да, было, пожалуй, даже хорошо, что к ней заявилась эта Хейверс. Визит детективов как минимум помешал Хлое сорваться в пьяный штопор, который мог закончиться серьезными неприятностями или даже чем похуже.