Книга Холодные тени, страница 109 – Василий Криптонов, Мила Бачурова

— Ролик, — пробормотал повар. — Трое людей погибло, а ему — ролик! Это уже вообще черт знает что такое. — И быстрым шагом покинул столовую.

ЧЕТЫРНАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД

В машине Тимофей негромко, чтобы не слышал Вернер, окликнул Габриэлу. Прошептал:

— Ты мне нужна.

Он всегда так говорил. Не спрашивал, есть ли у нее время и желание ему помогать. «Ты мне нужна», — и всё. Габриэла к этому давно привыкла.

— Высади нас, пожалуйста, возле дома Тима, — попросила она Вернера. — Я покажу, где он живет.

— Не задерживайся, — сказал Габриэле на прощание Вернер. — Понимаю, что играть в детективов веселее, чем делать уроки. Но, поверьте, домашние задания сами собой не рассосутся.

Он чмокнул сестру в щеку и уехал. А Габриэла повернулась к Тимофею.

— Ну?

Они стояли перед его домом.

— Мама пока не пришла, — глядя на пустую парковку, сказал Тимофей. — Нам нужно срочно узнать адрес одного человека и поговорить с ним.

— Какого еще человека?

— Господина Беренса. Того, о котором сказано в письме.

Габриэла фыркнула:

— Готова спорить на что угодно, что в одном только Мюнхене не меньше сотни господинов Беренсов! А то и тысяча. Как ты собираешься его искать?

— Есть одно соображение. — И Тимофей решительно направился к заднему крыльцу.

Войдя в дом, Тимофей — вместо своей комнаты, куда привыкла проходить вслед за ним Габриэла, — решительно распахнул дверь в спальню своей матери.

Бывать в этой комнате Габриэле до сих пор не приходилось. Она остановилась на пороге и обескураженно следила за тем, как Тимофей один за другим выдвигает ящики комода, стоящего перед большим зеркалом. На комоде стояли флаконы с духами и шкатулки с украшениями, выстроились рядами помады, пудреницы и лаки для ногтей.

— Что тебе тут нужно?! — изумилась Габриэла. — Что ты делаешь?

— Ищу. — Короткий, ничего не объясняющий ответ. Тимофей обожал такие.

— Что?

— Вот это.

Он выдвинул очередной ящик. Вынул из него ключ и показал Габриэле.

Найденным ключом отпер дверь кабинета отчима.

— Это полиция заперла? — ахнула Габриэла.

— Нет. Мама.

— Зачем?

— По-моему, очевидно. Для того, чтобы я сюда не ходил.

Тимофей уселся в кресло перед компьютером. Коснулся нужной кнопки, включая.

— Мама заперла кабинет Штефана — от тебя? — все еще недоумевала Габриэла.

Тимофей не ответил. Так бывало каждый раз, когда он считал ее вопросы глупыми. На экране выбрал окошко мессенджера, открыл. А пролистав ленту контактов, удовлетворенно кивнул. Показал Габриэле:

— Вот.

«Отто Беренс».

— Прочитала она имя контакта.

Ахнула:

— Ты… Ты знаешь, кто это?!

— Я часто слышал это имя от Штефана. Возможно, господин Беренс даже приходил сюда… Хотя я не запоминаю людей, которые мне неинтересны. Не факт, что это был именно он.

— Ничего не понимаю, — обескураженно пробормотала Габриэла.

Тимофей ее не слушал. Он уверенно — куда увереннее, чем разговаривал, — вбивал в окно мессенджера текст.

«Добрый день, господин Беренс. К вам обращается приемный сын Штефана Майера, меня зовут Тим. Могу я задать вам несколько вопросов?»

Тимофей вопросительно повернулся к Габриэле.

— Добавь: «Прошу прощения за беспокойство», — прочитав текст, посоветовала она.

«Прошу прощения за беспокойство».

— Добавил Тимофей. И отправил сообщение Беренсу.

Рядом с именем Беренса светился зеленый кружок — абонент в сети. Сообщение прочитали тут же, но ответ господин Беренс набирал долго — в окошке то появлялось, то пропадало слово «печатает».