Книга Дети Хедина, страница 53 – Ник Перумов, Аркадий Шушпанов, Наталья Колесова, и др.

Маша не ответила. Да, «серафимы» были сильны, очень сильны. И трансформация, поневоле жуткая и причинявшая страдания, дала им тоже немало. Взять хоть те же три формы – призрачную, боевую и человеческую! Решетников в последней статье только-только подбирался к подобному для обычных магов и писал так сложно, что Машка при всем старании поняла немногое.

Но надежда… она и впрямь умирает последней.

— К делу, – кашлянула Серафима. – Ты берешься или нет, Мария? Вытащите замки? Вы вдвоем должны справиться.

— Нам надо поговорить, – решительно вмешался Игорь. – Маша, на два слова?

— Тоже мне, секретчики-ракетчики, – усмехнулась староста седьмой. – Хотите, за вас все скажу? Мол, с ума сошла, Маша, этаких страховидлов выпускать? А если они людей жрать начнут почем зря или там убивать? А, Игорь? Ты об этом ведь сказать хотел? Что мы – чудовища, и место нам в этой тюрьме с невидимыми стенами, на гнилом болоте? Но мы тут и так десятку отмотали уже. Даже больше, одиннадцать лет почти. Правосудие у нас в советской стране гуманное, такие сроки убийцам дают.

— А средь вас убийца и есть. Одна. Пока что, – не смутился Игорь. – Александра Швец, что с ней делать? Тоже на свободу? Как говорится, «с чистой совестью»? А кто за тех двоих ответит, а?

Но и Серафима оказалась не лыком шита.

— За тех двоих ответит Потемкин Виктор Арнольдович. Его вина. Он их сюда послал, как ты говоришь. Неподготовленными, иначе не попались бы они Сашке так легко и мы б успели что-то сделать.

— Да? – Игорь саркастически поднял бровь. – А если вы последуете за этой вашей Сашкой? Одна за одной? Не одно чудовище, а девять, и не запертые в болоте, а на свободе? А? Можете дать гарантию, товарищ Зиновьева?!

«Ангелы» возмущенно зашумели.

— Тихо! – прикрикнула Сима. – Ты каким местом слушал, товарищ чародей? Десять лет мы уже тут, а, кроме Саши, все как были, так и остались! Остановились все процессы, понимаешь ты или нет? Даже Сашка несчастная дальше не превращается, хотя есть еще куда. Нет, дорогие мои, отсюда мы выйдем или вместе, или не выйдет никто. Я сказала.

Игорь поглядел на Машку, и взгляд его, казалось, говорил:

«Ты берешь на себя Зиновьеву, я – остальных, и будь, что будет».

— Нет, – вслух ответила Маша. И, обращаясь уже к остальным «ангелам», сказала громко, четко, словно на уроке:

— Чтобы вытащить замки, надо знать, как это сделать.

— Стойте! – Оля Рощина вдруг подняла крыло. – Слышите? Там, за лесом…

Миг спустя над кронами взлетели осветительные ракеты, едкий режущий свет пробивался даже сквозь сотканную «серафимами» завесу мрака.

— Так и знал, – выдохнул Игорь. – Не утерпел председатель, подмогу отправил.

Донесся собачий лай, пока еще относительно далекий.

— Небось всю кармановскую милицию на ноги поднял, когда стало ясно, что мы не возвращаемся. Ну что, товарищи «черные ангелы», станете убивать? Вашей Саше отдадите?

Симино лицо исказилось ненавистью.

— Не тебе о том судить, – прошипела она яростно. – И никого убивать мы не станем. Распугаем просто.

— А потом? Что потом?

— Что потом… – вскочившая было Серафима вновь села, плечи поникли. – Иногда кажется, что пусть бы уж лучше нас свои же… того. Сколько ж еще на болоте гнить-то можно? Если за тех двоих погибших ответить надо, так пусть уж меня лучше к высшей мере приговорят, нет моих сил больше… Мы ведь даже убить себя не можем. Да-да, товарищ маг, не можем – и это при девятнадцати-то по Риману!