Онлайн книга «Дети Хедина»
|
— Эй! Здравствуйте! Вот сейчас он обернется, и я наконец увижу его лицо. — Эй, ну что вы молчите, я же вас зову… Подхожу к костру. А там нет никого. Куртка чья-то висит на колышке. Да сверху шапка еще привешена. Все мокрое. Все сохнет. И вдруг понимаю: все это – мое! Только откуда-то сбоку, оттуда, куда я почему-то не могу повернуть голову, хриплый встревоженный голос: — Не спи, не спи, слышишь? Ну, просыпайся, черт бы тебя побрал… ну пожалуйста. Просыпайся, девочка, давай! Я не смогу… Весна меня отпускает. Неохотно, исподволь. Вновь ощущаю свое затекшее, закаменевшее в одной позе тело. — Я тут. А у меня голос тоже стал хриплый. Сколько я спала? Ого. Час. — Слава богу. — Извини. Задремала. День был тяжелый. — Понимаю. — Я… — Шшшш… тише. Я тут. — …есть хочу. Неимоверно. — У тебя в скафе что-нибудь наверняка есть. Поищи… — Эээ… «то, что ты выслал на прошлой неделе, мы давно уже съели»… я не думала, что мы так долго тут… — Ничего. Терпи. Немного осталось… Как тебя занесло-то сюда? Вроде не курорт? — Не курорт. Мне статью заказали. О том, как живут и на что тратят свой досуг работники внешних баз… Тебе смешно. А я и не хотела сначала, а потом подумала, правда же интересно. Вот у них смена заканчивается и что дальше? А еще интересно, какие есть традиции… и… Молчит. Глупо. Опять не то я говорю. Кому есть дело, в конце концов, за какие такие заслуги меня сослали в эту командировку и почему я не стала отказываться. Главное не там, а здесь. Спрашивает: — У тебя дети есть? Нет. Но если я скажу, что нет, он неизбежно спросит, почему. И придется юлить и объяснять резоны, которые дома казались несокрушимыми и правильными, а здесь кажутся чем-то обидно мелким. Неожиданно для себя признаюсь: — Мне страшно. Я даже во сне боялась. Слезы катятся, а вытереть не могу. Не вытереть сквозь шлем. — Посмотри, пожалуйста… у тебя слева, на мониторе шлема, должен быть такой датчик – ts. Видишь? — Да. Что он такое придумал, пока я спала? — Так, какой индикатор горит? — Синий. — Отлично. Скоро все кончится. Я обещаю… все будет хорошо. Он с крыши съехал? Какое там хорошо. Молчу. Он, видимо, понял, что утешенье было неуместным, неправильным. Завозился: — Ты там плачешь? Не надо. Знаешь, что это за датчик? — Канал телепортатора. Аварийного. Он не работает. — В твоей локации – работает. Помнишь, я говорил про свет над левым плечом? Я тут… немного… я сломал свое кресло. Иначе было не выбраться. И увидел. Это она и есть. Система аварийной телепортации. Ее только надо подружить с твоим скафандром… и вуаля… — А ты? — Что «я»? — У твоего сломанного кресла нет чертовой системы, так? — И что? — Я не хочу. Так – не хочу. — Как? — Я тебя тут не брошу. — Глупости. На самом деле вариантов нет. К тому же после твоего ухода я смогу воспользоваться твоим креслом. Звучит убедительно. Но что-то здесь не так. Неправильно. Что-то важное. Я что-то упускаю. — Давай, подруга. Надо всего лишь синхронизироваться с аварийкой. Скажи, когда индикатор станет зеленым. Индикатор послушно зеленеет. Где? Где он меня обманул? Энергия. Ох ты. Это же школьный курс. Одно кресло – один старт. Смысла нет делать по-другому. Если бот в опасности, каждый эвакуируется из своего кресла. И все равно, формально он прав. По логике, есть разница, два трупа или один… |