Книга Бог снимает маски, или Новая Элизабет Джонсон, страница 27 – Анна Кривенко

Луис печально вздохнул.

— Кэмэрина, — серьезно произнес он, тревожно глядя на ее черную маску, — испытайте меня! Если я вам не понравлюсь, вы сможете всегда меня прогнать! Но прошу, дайте мне шанс! Я могу всё: приносить еду, убирать в помещении, ухаживать за лошадьми, защищать…

Его просительный тон и искренне озабоченное лицо произвели на Бетти слишком большое впечатление, и ей стало как-то неуютно. Если бы не маска, он увидел бы, как она побледнела и ее дыхание участилось. Вдруг на нее навалилась сильная усталость. Усталость притворяться сильной, усталость врать, усталость… быть совсем одной. Как бы ей хотелось сейчас довериться Луису и позволить ему служить ей! Он бы каждое утро приносил ей завтрак и почтительно стоял бы за дверью, пока она принимала пищу. Он бы сопровождал ее в каждой поездке и на каждой прогулке, а она бы знала, что у нее есть надежное плечо… Стоп! Элизабет Джонсон! Куда тебя понесло??? Какое плечо? Какая опора? Никому нельзя доверять, а особенно ему!!!

Вдруг Луис прервал затянувшееся молчание:

— Кэмэрина! Дайте мне три дня! Позвольте мне три дня служить вам! Если вам с танет некомфортно, я больше не буду просить вас!

Бетти задумалась. Три дня — срок совсем крошечный. Три дня, пожалуй, вреда не принесут…

— Ладно, — проговорила девушка негромко, — я даю тебе три дня…

Луис со счастливой улыбкой вышел из кабинета. Кэмэрина согласилась! У него есть три дня, чтобы доказать ей свою нужность. Но что должен делать личный слуга?

Луис поспешил к служанке, прислуживающей Бетти, и сообщил, что на три дня ее обязанности переходят к нему. Девушка изумилась. Как это может быть? Когда это мужчине было позволено прислуживать женщине?

Когда же служанка вошла в кабинет к Бетти и робко переспросила у нее об этом, та подтвердила: Луис действительно будет служить ей три дня.

— Но за тобой остается ванна и одежда, — добавила Бетти. Остальные обязанности передай ему.

Однако служанка всё мялась на месте и не уходила.

— Ты что-то хочешь сказать? — спросила ее Бетти.

— Мисс! Простите мою дерзость, но… не разрушит ли это вашу репутацию, ведь этот дикарь все-таки мужчина?

Бетти неожиданно рассмеялась.

— Разрушит репутацию? Мэри, а куда уже сильнее ее разрушать? Я и так монстр, ведьма, нечистый дух! Да и для кого мне хранить свое доброе имя?..

Последние слова прозвучали чрезмерно горько, и Бетти осознала, что сболтнула лишнего. Мэри с удивлением поняла, что у хозяйки тоже могут быть печали, но та тут же придала голосу суровость и сказала:

— Послушай, Мэри! Я — Элизабет Джонсон, и могу делать всё, что захочу! Если я услышу неподобающие слухи в поместье, то просто накажу виновников по всей строгости, понятно?

Служанка съежилась и согласно кивнула. Поспешно покинув кабинет, она подошла к Луису, который ожидал в коридоре, и начала объяснять обязанности на эти три дня…

Последующие два дня прошли для Бетти крайне… приятно! Луис постоянно был рядом: приносил еду и забирал посуду, подавал ей книги с высоких полок в кабинете, сопровождал ее на прогулке в саду и при утреннем объезде ферм. Он всё время молчал и старался на хозяйку не смотреть, как должно идеальному слуге. Бетти же постоянно на него поглядывала и не могла сдержать улыбку. Его присутствие доставляло неожиданно сильное удовольствие. Она даже специально выдумывала ненужные поручения, чтобы он побольше вертелся рядом. «Это же ненадолго, — успокаивала себя Бетти, — поэтому можно и понаслаждаться!» Правда, ей иногда приходили смущающие мысли, что она все-таки чрезмерно им увлечена, но… чувства радости и удовольствия были сильнее всяких страхов. Он был так красив, что на него было очень приятно смотреть. Он был услужлив и ловок и исполнял поручения молниеносно. Он был внимателен, но знал, когда нужно держать необходимую дистанцию. К концу второго дня Бетти с досадой отметила, что остались всего одни сутки.