Книга Истина, страница 407 – Ана Эм

Я оборачиваюсь к феям и достаю один клинок из ножен на бедре. Из воды выходить не тороплюсь.

— Кто из вас умрет первый? – спрашиваю, ухмыляясь.

Указываю острием ножа на Тилону, а затем на Циану.

— Ты. – вдруг говорю, улыбнувшись шире. – Лови.

Замахнувшись здоровой рукой, я целюсь в Циану. Корень на земле мгновенно оживает, закрывая от меня фею, но вовсе не ту. В последний момент, я меняю траекторию и запускаю клинок в сторону Тилоны. Он входит в ее грудь с отвратительным хрустом.

— Нет! – вопит Циана, уставившись на фею, ноги которой подкашиваются. Она падает вперед на колени, хватая ртом воздух. Струйка крови вырывается из ее рта, прежде чем ее тело заваливается набок. – Ты за это заплатишь. – верещит Циана.

— О, – прикладываю руку к груди. – Так, вы и правда были подружками? Прошу прощения. Хотя знаешь что? – делаю медленный шаг вперед, затем еще один.

Магия собирается под кожей, не смотря на мое уставшее израненное тело, потому что ее ресурс кристально чист как никогда. Мой разум.

— Мне вовсе не жаль. – продолжаю, выходя из воды практически полностью. – Вы все так или иначе обречены. И знаешь почему?

Ее кулаки сжимаются, она готова нападать

— Вы все рабы этой суки на троне.

Как только делаю шаг вперед и оказываюсь на твердой земле, вижу боковым зрением мощный корень. Одновременно с этим меня накрывает иллюзией, и для Цианы я попросту исчезаю, растворившись в воздухе. Это ненадолго сбивает ее с толку.

Взмахиваю двумя пальцами, и кулак Цианы встречается с ее же челюстью. Она слегка пошатывается, дезориентированная. Корень падает на землю, теряя связь со своей хозяйкой. Иллюзия вокруг меня растворяется, и я начинаю медленно направляться в сторону феи, точно хищник на охоте.

Еще взмах моей руки, и Циана падает назад, спотыкаясь о собственные ноги. Из нее вырываются ругательства вперемешку с болезненными стонами. Она пытается перевернуться, встать на четвереньки, но я отправляю по воздуху нож из своего ботинка и вонзаю ей в руку, пригвождая к земле. Она кричит так, что я морщусь. Хм, видимо, бедняжка совсем не привыкла к боли.

— Это за те дротики, которыми ты так старалась попасть в лицо Зейда. – бросаю бесцветным голосом.

Перед моим взором вспыхивает то самое воспоминание моего Зейда, привязанного к деревяшкам.

Еще один нож прибивает вторую ладонь Цианы к земле, и новая волна криков разрывает воздух. Я не наслаждаюсь происходящим. Совсем нет.

— Он никогда не полюбит отброса вроде тебя. – выплевывает Циана, пытаясь пнуть меня ногой. – Он никогда не будет твоим.

Больная психопатка.

Деревья приходят в движение вокруг нас, повинуясь ее гневу. Я замираю на месте, направив всю свою силу к ее разуму. Пробить ее барьер не составляет труда.

— Он всегда был моим. – говорю в ее сознании, прежде чем разнести тут все к чертям собачьим.

Мои колени подгибаются, и я падаю вперед, тяжело дыша. Как ни пытаюсь, не могу сейчас вспомнить заклинание, которым воспользовалась Валери, чтобы высушить нашу одежду тогда. Не знаю, почему, но это вызывает у меня смех.

Запрокидываю голову к небу и даю себе минутку. Всего минутку. Звезды должны светить ярко, но их совсем не видно. Это вызывает еще больше смеха. А затем из глаз вдруг вырываются слезы, и я начинаю всхлипывать. Смех перерастает в полноценные рыдания, которые мне не сразу удается остановить.