Книга Антисваха против василиска, страница 227 – Валентина Елисеева

В ипостаси василиска крылья её были тёмно-красными, на змеиной голове — более яркий алый хохолок. Антрацитово-чёрная чешуя блестела, как лакированная, края гребня вдоль хребта отливали бардовым цветом, гармонируя с крыльями. Аня расправила крылья, потом сложила их за спиной. Повернулась боком, привстала на хвосте повыше… Красивое творение природы — василиск!

— Женщину узнаешь в любой ипостаси: поставь перед ней зеркало и она обязательно перед ним крутанётся, — проворчал Ригорин. — Ползите ко мне, госпожа Дайм, будем сверять чешуйки.

Чешуек настолько большого размера, как в пакетике, на теле Ани не нашлось. Ни единой.

Противостояния с Василиском ей не избежать. Она не оставит мужа сражаться в одиночестве!

Третьи сутки Аня не видела мужа. Она старалась настроиться во сне на большого василиска, но все её старания привели лишь к тому, что несколько раз она ощущала отголоски его ярости и боевого настроя. Василиск готовился к некоему решающему моменту, она ощутила, как страстно он желает финала, завершения своей непонятной миссии. Хуже, что во снах она каждую ночь оказывалась на колхозном поле и получала похоронку из рук почтальона, заново переживая ослепляющую боль утраты.

На третью ночь Аня во сне с похоронкой в руках вышла с поля к берегу реки и с удивлением увидела, что это не родная, с детства знакомая Мокша. Оглядевшись, она заметила мерцающий позади неё магический полог, вокруг расстилался лес.

Картина леса показалась ей смутно знакомой, но чувство дежавю усилилось при взгляде на противоположный скалистый берег реки. Ей доводилось бывать здесь в прежних, давних-давних снах! В тех снах, что грезились ей, когда она сидела в подвале Унира Госка, учась быть метаморфом. В снах о пещере, в которой спрятано нечто важное… В снах, которые не посещали её всё лето, а тут внезапно вернулись…

Аня села на постели, мелко вздрагивая всем телом. За окном занимался рассвет, убежище ещё спало. Имран должен был приехать вчера, но уже утро — а муж так и не объявился. Трясущимися руками натянув брюки и рубашку, Аня вышла из избы и прошла к краю полога, ограничивающего выход на берег реки. Картина, что виднелась сквозь мерцающую пелену магии, копировала видение из снов. Аня уже догадывалась, какая именно из глубоких трещин в скалах ведёт в пещеру из вернувшихся к ней сновидений.

Неужели она наконец-то узнает, что спрятано в загадочной расщелине?

«Собрать группу, снять магическую защиту и пойти исследовать скалы на другом берегу? Нет, нельзя лишать лагерь защиты, мой сон может быть сознательно навеян чужой враждебной волей и являться ловушкой! Если где-то там, в пещере, затаился царь змей Василиск, то привести к нему людей значит обречь их на мгновенную гибель. Василиск не может убить взглядом другого василиска, так что идти мне на разведку в одиночестве. Если Имран узнает — придушит собственными руками».

Метод проникнуть за пределы полога был прост, как всё гениальное: Аня обратилась собакой и за час сделала глубокий подкоп под границу полога. Лагерь в лесу — это не комната в каменном доме, выбраться куда легче. Магические заклинания, наложенные за защитный полог, сигнализировали только о попытках людей обойти его, а на землероек и прочих животных внимания не обращали. Выскочив на берег, Аня преисполнилась решимости, обернулась василиском, взмахнула крыльями и перенеслась через реку.