Онлайн книга «Антисваха против василиска»
|
Усмехнувшись внезапной панике клиентки, Аня пожала плечами: — Видимо, вашему мужу не нужны умные и темпераментные женщины, ему нужны вы. Ротик госпожи Гине приоткрылся. Она нервно хихикнула, выдохнула и провела по лбу кружевным платочком. — Это была попытка поддержать или оскорбить? — уточнила красавица, робко улыбнувшись. — Наверное, открыть глаза, — развела руками Аня. — Так что, отваживаем мужа или подождём? — Подождём, — смутившись, еле слышно прошептала госпожа Гине. Она долго молчала, комкая в руках платочек, потом подняла на Аню переполошённый взгляд: — А если муж когда-нибудь узнает об Оливе?! Ага, мысли дамочки уверенно шагают в правильном направлении. Аня наклонилась к клиентке и сочувствующе, проникновенно прошептала: — Если вам нужен толковый совет, то скажу как женщина женщине: появление второго ребёнка упрочит ваши позиции и при таком раскладе. Клиентка просияла и закивала кудрявой головой. Горячо поблагодарив Аню и заверив её в своей вечной дружбе, Арина Гине прихорошилась перед зеркалом и полетела домой. «Похоже, сегодня вернувшегося с работы господина Гине будет ждать дома непривычно тёплый приём и о-ооочень страстная ночь… без серёжек в ушах, — усмехнулась Аня, постукивая карандашом по столу. — Эх, молодость, молодость и свойственная ей бессознательная убеждённость в благородстве людей… Арине в голову не пришло обеспокоиться главной проблемой: её Олив скоро придёт в себя, перестанет чувствовать себя виноватым в сегодняшней сцене и решит, что его вновь предали и бросили, как в юности. И тогда стремление к возмездию быстро выведет его на дорожку шантажа. Сколько страстных писем ты успела ему написать, Арина? Сколько дорогих безделушек на память подарить? А ювелиры ведут учёт купленного клиентами, по Феррине знаю. М-да, надо предотвратить такой исход. Похоже, «Дело неугодного мужа» мне придётся внести в графу «Благотворительность». Из оставленного Ариной Гине тугого мешочка с авансом Аня вытащила три монетки и отправила Павлюка на почту за магическим конвертом под письмо. Вложенное в такой конверт письмо само прилетало по указанному адресу, а письмо, предназначенное магу, можно было направить прямо в руки этого мага. Примечательно, что адрес отправителя можно было написать какой угодно. Высокородные имели обыкновение ставить на конвертах свою гербовую печать, казенные учреждения — свои штампы, а вот частное послание от простолюдина никак не гарантировало верность данных отправителя. Тем же вечером никому не известный молодой стражник занял в ресторане в центре города отдельный кабинет. Когда метрдотель привёл в этот кабинет посетителя и вышел, к мастеру Оливу повернулся уже не молодой страж правопорядка, а сам господин Докс собственной персоной. Под строгим, внушительным взглядом начальника Эзмерской стражи Олив нервно сглотнул и переступил с ноги на ногу. — Мне не нравится, когда в моём городе солидные, уважаемые люди начинают нанимать моих бывших подчинённых для неблаговидных целей устранения неугодных им лиц, — неприязненно скривившись, процедил Докс и уселся за стол, уставленный закусками. Оливу он присесть не предложил. Меховых дел мастер побелел, покачнулся, смял в широких ладонях снятый с головы картуз и просипел: — Устранения… устранения меня?!! Вы поэтому велели п-п-принести… |