Книга Доктор-попаданка. Подняться с низов, страница 99 – Анна Кривенко

Некоторые методы лечения всё ещё казались мне странными. Но об изменениях к лучшему в медицине надо будет поговорить с профессором Уваровым или с Романом Михайловичем. С удивлением я поняла, что в список людей, которым могу доверять, я уже вписала и своего сложного начальника.

Я стала доверять ему? Пожалуй, да. Он доказал, что на стороне света и справедливости. Да что там — я ему обязана жизнью. Он буквально спас меня. И в последнее время вёл себя довольно сносно.

В принципе, он очень интересный человек. Даже если не говорить о его впечатляющих внешних данных, Роман Михайлович был трудолюбивым и ответственным врачом. Он не зря занимал столь высокую должность. И я начала уважать его совершенно искренне.

Уже где-то после обеда, когда медперсонал стал расползаться по комнатушкам на перекус, я зашла в манипуляционную, чтобы оставить там некоторые записи. Три или четыре медсестры, которые занимались тем же, бросили на меня хмурые взгляды. Но я не обратила на это никакого внимания.

Вынула с полки нужный журнал, открыла его на нужной странице — и в этот момент в манипуляционную зашёл кто-то ещё. Девушки вдруг запищали. Я вздрогнула от этого странного звука. Мышь, что ли, увидели?

Однако нет — медсёстры с каким-то странным выражением на лицах взирали на Романа Михайловича, который стоял в дверях. Честно говоря, я несколько опешила от такой реакции. Примерно так реагируют оголтелые фанатки на появление любимого кумира. С каких это пор Роман Михайлович приобрёл подобный статус?

Девушки начали кланяться, зажимали рты руками, буквально пожирали его глазами. А он злился — я поняла это по напряжённой челюсти.

— Анна Александровна, идите за мной, — коротко бросил он, развернулся и вышел.

Я черканула пару слов в журнале, убрала его на место и, уходя, взглянула на медсестёр. Они смотрели на меня яростными, почти ненавидящими глазами — будто я украла у них что-то важное.

Что вообще происходит? Я чего-то не знаю о своем начальнике?

* * *

Роман Михайлович пригласил в свой кабинет, где неожиданно протянул бумаги.

— Что это? — удивилась я и пробежала глазами по написанному. — Вы хотите, чтобы я подписала согласие свидетельствовать против Сергея Антоновича, если потребуется?

Роман Михайлович кивнул, но выглядел при этом крайне напряжённым. — Мне искренне не хочется вас в это впутывать. Но другого выхода нет. Вы — главный свидетель.

Он выдохнул, а потом резко подошёл ко мне вплотную, схватил за плечи, заставил задрать голову и испуганно посмотреть ему в лицо. С жаром произнёс:

— Анна, пожалуйста, соглашайтесь временно выехать из медицинского комплекса! Я отвезу вас к себе домой. Вы побудете там некоторое время, пока всё не устаканится. Если кто-то узнает, что вы — свидетель, вам не жить. На вас уже идёт охота, и теперь я уже не уверен, что княжеские проверки смогут Сергея Антоновича остановить.

Я громко вздохнула, потрясённая огнём в его взгляде. Он был очень взволнован, безумно привлекателен, а моё тело окаменело, язык будто онемел.

«Дура, — подумала я про себя, — нашла время думать о внешности мужчины. Он же говорит серьёзно. Значит, здесь действительно так опасно?»

Вспомнив яростный взгляд чудовища из отделения отверженных, я кивнула.

— Ладно, — выдохнула, сдаваясь. — Давайте я доработаю сегодняшний день, чтобы не вызывать подозрений, а завтра вы сможете отвезти меня куда угодно. Но только я обязательно хочу вернуться, слышите?