Книга Доктор-попаданка. Подняться с низов, страница 51 – Анна Кривенко

Я застыла, чувствуя, как кровь стучит в висках.

— Хватит, — перебил его профессор устало, но твёрдо. — Я не люблю сплетников.

— Ну-ну, — недовольно усмехнулся незнакомец. — Как бы вам потом романа с этой неблагонадёжной барышней не приписали. Она в постель к любому прыгнет ради барышей. Прыгала уже, и не раз…

Я в ужасе отшатнулась от двери, едва не потеряв равновесие. Боже, какая мерзость! Во что же они меня превратили?

Стало так отвратительно и горько, что захотелось сбежать отсюда, убежать и никогда больше не возвращаться. Но тут же перед глазами всплыли взгляды тех умирающих детей… И я сбросила с себя любые эмоции.

Дверь неожиданно распахнулась. На пороге стоял молодой человек, лицо его показалось мне смутно знакомым — кажется, он был на совете. Он замер, увидев меня, и так скривился, будто раскусил целый лимон. Не сказав ни слова, лишь осуждающе метнув в меня взгляд, он прошёл мимо.

Я осталась одна перед дверью, глотая ком в горле. Собравшись с силами, робко постучала.

— Профессор… простите, — произнесла я, и голос предательски дрогнул. — Мне очень нужно с вами поговорить…

Я осторожно вошла в кабинет. Помещение оказалось просторным, но всё равно прилично заставленным мебелью: высокие шкафы до самого потолка, заставленные книгами и папками, стол с бумагами и чернильницами, несколько стульев у стены. В воздухе пахло старой бумагой, чернилами и табаком.

За массивным дубовым столом сидел сам профессор Уваров. Его морщинистое лицо показалось уставшим. Он чуть опустил очки на кончик носа, поправил их и посмотрел на меня поверх стёкол. Его губы тронула лёгкая улыбка.

— Ну что ж, заходите, — произнёс он негромко и, приподняв морщинистую руку, указал на стул напротив.

Я торопливо присела, чувствуя, как колени предательски дрожат. Сердце гулко билось, дыхание сбивалось. Я пыталась подобрать слова, но они путались в голове, не желая складываться в чёткие фразы.

Давно не помню себя такой неспокойной.

— Профессор… — выдохнула наконец. — Видите ли… иногда жизнь показывает нам такие картины, что они остаются перед глазами навсегда. Сегодня я была в отделении обречённых. Там… дети, — громко сглотнула. — И в их глазах действительно обреченность. Нет ничего страшнее, как мне кажется…

Я запнулась, потому что сердце защемило от сострадания.

— Но я считаю, что мы должны дать им шанс…

Взгляд профессора был сосредоточенным и внимательным. Он не перебивал, но я запнулась, и он все-таки произнес:

— Простите, но к чему вы клоните, барышня?

Я вдохнула поглубже, будто готовясь прыгнуть в омут с головой.

— Наверное, то, что я скажу, прозвучит для вас как безумие. Но можно попробовать создать лекарство. Я не знаю, поможет оно или нет, но шанс есть. Оно называется антибиотик.

Профессор замер на мгновение, потом уголки его губ приподнялись, и в глазах вспыхнуло любопытство.

— Антибиотик… — повторил он, словно пробуя слово на вкус. — Любопытно. Откуда же вы знаете о таком лекарстве? Кто его изобрёл?

— Ещё никто. По крайней мере, из тех, кого я знаю. Но мы можем попробовать.

Вместо насмешки или холодного скепсиса, которых я ожидала, профессор вдруг расплылся в почти мальчишеской улыбке.

— Очень интересно, — сказал он негромко, но в голосе его прозвучал настоящий восторг. — Я готов выслушать вас, дорогая! Но сперва…