Книга Клевер желаний, страница 31 – Елена Теплая

— Ты очень сладкая, моя невестушка, — прошипел он мне на ухо, — я жду с нетерпением, когда я уложу тебя в нашу семейную постель. Боюсь, что я слишком долго ждал, нужно было тебя еще летом забрать. Уже бы смирная у меня была, а то научилась руки распускать, но ты мне ответишь за каждый удар, который нанесла сегодня. Я выпорю тебя, сидеть не сможешь. Ноги мне будешь целовать, завтра вечером жду тебя ночью на сеновале, хочу груди твои мять и наслаждаться, а то я устал на сегодняшней ярмарке. Рыцарь занят своей невестой, про свой долг думаю, что не вспомнит, так что свою невинность некому беречь, а я ждать не хочу. Ослушаешься, пеняй на себя. Он отпустил мою челюсть и опустил руку на грудь. Его пальцы очень больно сжали сосок, я вскрикнула от боли. — Отпусти меня немедленно!

Жених дернул опять за волосы: — Ишь какая норовистая, но я спесь с тебя собью, раз отец не воспитал.

Дверь открылась и к нам вышла Мирел. В свете огня она увидела меня у двери: — Эмилия, ты где ходишь? Сколько тебя ждать? Боров отпустил меня и развернулся к выходу, я кинулась к сестрице. Она прижала меня к себе:

— Он не тронул тебя? — Почти. Он хочет, чтобы я пришла к нему сегодня ночью. Она прошептала: — Не вздумай. Вдруг рыцарь потребует право первой ночи, и тогда тебя будут сечь плетьми, если ты окажешься не девственницей. Это будет позор для всей семьи. Отец не будет больше старостой. Меня никто замуж не возьмет, и никто не будет иметь с нами дел. Мы станем изгоями. Я кивнула ей, и мы пошли убирать со стола. Теперь стало понятно, что мой будущий муж еще та сволочь. Он фактически ничего не теряет. Отымеет меня до свадьбы, если не попросит рыцарь право первой ночи, то никто об этом не узнает, а попросит, то он при чем? Я же никак не докажу, что это он. Жить с ним точно нельзя. Нужно придумать, как от него сбежать. Завтра спрошу сестру о том, как здесь живут женщины и какие у них права. Сожет что-то успею придумать за это время.

Мы легли спать. Сон, несмотря на мою усталость, совсем не шел. Я крутилась, искала удобную позу, хотя на этой скамье про удобство можно было только мечтать. Даже не заметила, как провалилась в забытье. — Вставай. Муж должен увидеть, как ты рано встаешь, — тормошила меня сестра за плечо. Я с трудом разлепила глаза. Натянула чулки, ботинки и практически на автомате пошагала на кухню. Сестра уже растопила печь и управлялась с чугунками. Я двинулась за молоком. На траву легла роса и было зябко на улице. Я поежилась и поплелась к соседке. Во дворе ее не было, и я прошла калитку, завернула за стог сена и посмотрела на замок. Он был в белой дымке от костров, которые почти потухли. Повозки тянулись по дороге, уже многие разъезжались. Стены больших башен были украшены длинными полотнами с гербом. Замок спал, и солдаты прохаживались, как сонные мухи между зубьями стен. Рассвет только что озолотил самые высокие башенки, и уже солнце мелькало на разноцветных стеклах самых верхушек, рассылая разноцветных зайчиков по округе. Я с грустью подумала, что мой любимый сейчас обнимает свою жену в постели и про меня забыл. На глаза навернулись слезы от обиды, я развернулась назад. Соседка улыбалась мне, хвалила моего жениха, я только молча кивала, пока она разливала молоко.