Книга Проданная генералу. Второй шанс для дракона, страница 90 – Сима Гольдман

— Уже побеседовали? — услышал я голос дознавателя и тут же обернулся.

Взгляд почти черных глаз старательно выискивал мои эмоции. Но хорошо, что он прибыл. Так будет третья сторона, которой будет проще смотреть на все трезво.

— Да. Но предоставлю вам возможность во всем разобраться.

Элен

Я только-только успела завершить утренние приготовления, когда в дверь моей спальни постучали. Бледная и взволнованная служанка, едва переступив порог, доложила о посетителе.

— Леди Элен, там к вам дознаватель. Говорит, дело срочное.

Я выпрямилась, поправила складки платья. Сердце ёкнуло, но я выдохнула и улыбнулась.

— Проводите его в гостиную. Я сейчас спущусь.

Через минуту после меня в гостиную вошёл мужчина в строгом чёрном камзоле с серебряными пуговицами. Высокий, поджарый, с пронзительным взглядом почти чёрных глаз. Он поклонился коротко, без излишней учтивости.

— Рейвен Вейн, старший дознаватель императорской канцелярии. Имею поручение расследовать нападение на леди Колум. Прошу уделить мне время для беседы.

Вот, значит, как, нападение на леди Колум. Я была немало удивлена, но постаралась держать лицо.

Я указала на кресло у окна.

— Присаживайтесь. Чем могу помочь? Она жива?

Он достал блокнот и стило, устроился напротив.

Его взгляд скользил по комнате, как будто бы он у меня тут кирпич или окровавленный нож рассчитывал найти на самом видном месте.

— Вы посещали леди Колум вчера? — начал он без предисловий и проигнорировав мой вопрос.

Я кивнула.

— Да. Мы обсуждали некоторые семейные вопросы. Ничего особенного.

— Какие именно вопросы?

Я помедлила. Говорить о ее взятке и условиях моего ухода от Эйнара в закат не хотелось — это могло выглядеть как мотив. Но и утаивать правду было нельзя. Ее стоило дозировано давать.

— Как было ранее упомянуто в заявлении, написанном императору, свекровь передала меня наёмнику, который должен был передать меня на торги, как, впрочем, и вышло. Я не стану красочно описывать ужасы, которые мне пришлось пережить, как и не буду расписывать эмоции беременной женщины в руках насильника-маньяка, ночь в трюме с полутрупами и прилюдную порку в особняке купившего меня хозяина, — перечислила я вроде лишних подробностей, но чтобы дознаватель понял серьезность моей претензии, но Вейн только приподнял бровь. — Так что, получив ее признание, я удалилась.

— Вы хотели ее смерти?

Я задумалась.

— Нет.

Он записал что‑то в блокноте.

— По словам свидетельницы, у вас был решительный вид, когда вы покинули покои леди Колум. Что это значит?

Я едва сдержала усмешку.

Стоило догадаться, кто был этой свидетельницей, которой и близко не было на горизонте.

— Я не актриса, чтобы играть эмоции. Я была уставшей после разговора. Даже скорее вымотанной. Если кто‑то увидел в этом что‑то иное — это их домыслы.

Дознаватель склонил голову.

— Вы подозреваете кого-нибудь?

Я пожала плечами.

Мне было некого подозревать.

Эйнар бы этого не сделал. Он мог кому угодно свернуть шею, но не собственной матери.

Ламари была слишком глупа и действовала исключительно по указке леди Колум. Маловероятно, что она могла сама отдать такой приказ. Разве что это была инсценировка, но ведь дознаватель был тоже не дурак. Уверена, что эту версию он успел проверить.

Аэрону это вообще не нужно. Хотя, если учесть его повышенное чувство справедливости в собственном видении, то все возможно. Разумеется, об этом стоило молчать.