Книга Отбор на вылет, или Некромант неудачи, страница 21 – Екатерина Ильинская

— Да-да, терпимо для человека, — задумчиво покивал пегас. — Хотя, конечно, есть куда стремиться. Ты, я слышал, наследственность улучшать собрался? Кобыла твоя красивая? Выносливая?

— Она не кобыла!

«Благороднейший» поморщился. На конской морде это смотрелось особенно внушительно.

— Забыл, как у вас племенные красотки называются.

— Невеста она моя!

— Не вижу повода вставать на дыбы и так ржать. Будешь нервничать — складки на морде появятся.

— Так! С меня хватит!

Я развернулся и пошёл прочь. Лучше совсем без помощника, чем с таким. Отцу потом «спасибо» передам, если через границу смогу пройти не убившись.

— Ну и куда ты так резво поскакал? Аж камень под копытами искрит.

Камень под копы… да что ж такое?! Под ногами! …и правда, искрил — магия снова вышла из-под контроля от близости эльфийского пегаса. Хорошо хоть удалось минимизировать утечку силы, и ещё повезло, что форму тьма приняла вполне безобидную.

Конь поспевал за мной без всяких проблем, чем вызывал раздражение и досаду. Зачем я вообще пошёл его искать? Лучше бы сразу отправился на границу, не теряя времени. А там уж, как пойдёт — расщепит о барьер, размажет о локальную магическую аномалию Изрии, схватят и посадят в тюрьму… Плевать! Сидеть в стенах родового замка я точно не собирался.

— А, вот вы где! — по коридору разнёсся жизнерадостный крик Глэйна. В руках у него было ведро с эликсиром от аллергии.

— Это, как тебя… — Брат повернулся ко мне и уточнил: — Как лошадку зовут?

— Сам спроси, — не останавливаясь, ответил я. Сзади раздался возмущённое ржание, отповедь о благородстве пегаса и изумлённый вскрик Глейна, но вмешиваться в их общение я не стал. У меня и без этого было много дел.

Двор встретил холодным ветром и слякотью. Рьяна рассказывала, что в Изрии зимой всё заметает снегом, так что сугробы могут подниматься до окон второго этажа. Но в Верлингарде редко было настолько холодно. Я играл в снежки с братьями то ли три, то ли четыре раза за всё детство.

— Брат у тебя — хамло, — вдруг раздалось за спиной, заставляя вздрогнуть от неожиданности. — Мне! Благороднейшему из благородных! Пить из ведра!

Я шумно выдохнул и устало повернулся к пегасу.

— Что тебе надо? Я же сказал, что сам справлюсь, иди туда, откуда пришёл.

— Мал ты ещё говорить, что мне делать. — Конь гордо изогнул шею — хоть картину рисуй. Даже я залюбовался, хотя не испытывал к этому «животному» никаких положительных чувств. — Совсем жеребёнок, жалко тебя. Ну, и отцу твоему я услугу должен, хотя и не просил ни о какой помощи. К тому же у него руки из крупа растут, а не откуда надо! — Последнюю фразу пегас произнёс настолько возмущённо, что у меня даже природное любопытство, почти убитое учёбой, проснулось.

— Ты должен отцу?

— Должен, но никогда меня об этом не спрашивай. История во всех смыслах постыдная. И пошли уже за твоей кобы… невестой. Долго думать будешь — в другой табун уведут. — Пегас раздражённо ударил хвостом по крупу. — Открывай портал к границе. Только через артефакт, а не сам, а то смешение магии нас куда-нибудь не туда закинет или во что-нибудь диковинное превратит.

Очень хотелось допросить коня, но времени на это не было. Я достал из кармана артефакт перехода, бросил на землю и наступил ногой. Хрустнуло, зашипело, и передо мной словно вырезали кусок картинки — широкий двор заслонила тёмная стена, бликующая красным. От её поверхности тянуло настолько мощными агрессивными заклинаниями, что волосы на затылке шевелились.