Книга Акушерка для наследника дракона, страница 68 – Лилия Карниенко

Он уже выбрал сторону.

Не вслух еще. Не перед советом. Но внутри — да.

Рейнар остановился совсем близко.

В камере вдруг стало тесно от его присутствия, от запаха холода, дыма и бессонной ярости, от того, как он смотрел на нее — уже не через двор, не через мать, не через трон. Напрямую.

— Я больше не позволю им решать за меня, — сказал он тихо. — Ни о сыне. Ни о тебе.

Эти слова должны были принести облегчение.

Вместо этого Арина почувствовала, как внутри все сжалось еще сильнее.

Потому что обещание, произнесенное таким голосом, было не мягкостью и не утешением. Это была война. Не объявленная вслух, но уже начавшаяся. И если Рейнар действительно решил больше не отдавать сына и ее на волю чужих рук, значит, с этой минуты против них стояли уже не шепоты в коридорах, а весь тот дворцовый порядок, который десятилетиями привык решать за других.

Она смотрела на него, почти не моргая. На лицо, иссеченное бессонницей и яростью, на расстегнутый ворот камзола, на руки, в которых еще, наверное, оставался жар Элара. На человека, который всю ночь выбирал между властью, болью, подозрением и жизнью — и теперь, кажется, дошел до той точки, где дальше можно было идти только через открытый разрыв.

— Тогда не стойте, — сказала Арина. — Ведите меня к нему.

У него дрогнула скула, будто ответ пришелся точно туда, где и без того все было натянуто до предела.

— Вы даже не спросите, что я собираюсь делать?

— Спросила бы, если бы у нас было время на доверие, а не на спасение. Но времени нет. Если он слабеет так, как вы сказали, счет уже не на часы.

Рейнар помолчал. Потом коротко кивнул.

— Вы правы.

Это прозвучало настолько просто, что Арина почти не поверила. Но он уже развернулся к двери и ударил по ней ладонью. Замок щелкнул снаружи, створка распахнулась, и два стражника, дежурившие у порога, выпрямились одновременно.

— Никого не впускать, — сказал Рейнар. — Никому не говорить, что я был здесь. Если через четверть часа кто-нибудь спросит, скажете: допрос продолжается.

Один из стражников замешкался.

— Ваше величество, совет...

— Совет может подождать, — отрезал Рейнар. — Мой сын — нет.

Он не дал времени ни на возражение, ни на низкий поклон. Уже через секунду шел вперед быстрым, жестким шагом, и Арина едва успела подхватить оставленный ей плащ. Боль в правом боку отозвалась сразу, но она лишь крепче стиснула зубы и пошла следом.

Они не вышли в главный коридор башни.

Рейнар свернул в узкий боковой проход, скрытый за неприметной дверью в каменной нише. Здесь пахло сырым известняком, старым деревом и тем особым ночным холодом, который долго держится в местах, куда редко заглядывают люди. Ступени уходили вниз винтом. Света почти не было: только одна лампа у него в руке, и золотой круг на стене дрожал от каждого быстрого шага.

Арина шла чуть позади, придерживая ладонью бок и стараясь не дышать слишком резко. Голова была тяжелой, но внутри, под усталостью, уже снова собиралось то рабочее, жесткое спокойствие, без которого не вытаскивают ни рожениц, ни младенцев, ни себя саму из чужих ловушек.

— Кто знает, что вы пошли за мной? — спросила она на спуске.

— Никто, кому я не приказал молчать.

— Это не ответ.

Он не обернулся.

— Ивена. Старший из личной охраны. Больше никто.