Книга Акушерка для наследника дракона, страница 27 – Лилия Карниенко

Арина подняла голову мгновенно.

— Всем отойти.

Никто не понял сразу.

— Назад! — рявкнула она так, что даже брат королевы невольно отшатнулся.

Наследник выгнулся у нее на руках. Пеленка под его плечом вспыхнула тонким золотым отблеском. Дыхание пошло рывками, грудь дергалась часто и пусто, будто он глотал не воздух, а огонь.

— Что с ним? — резко спросил Рейнар, уже поднимаясь.

— Не подходите!

Но, конечно, он шагнул ближе именно в эту секунду.

И золотое пламя вырвалось наружу.

Не стеной. Не факелом. Оно пробежало по воздуху вокруг маленького тела тонкими жилами света, ударило в край стола, заставив одну из свечей вспыхнуть ярче. Одна из придворных дам вскрикнула и отшатнулась так резко, что уронила кресло. Советник у стены метнулся к двери. Брат королевы выругался сквозь зубы. Старая императрица не шелохнулась, но ее пальцы впервые за весь допрос впились в подлокотник.

Ребенок задыхался.

Арина уже ничего не слышала кроме этого обрывочного, страшного хрипа. Она перехватила малыша иначе, освобождая грудь, прижала к себе сильнее и быстро провела пальцами вдоль горячей шеи, как уже делала ночью. Не боясь обжечься. Не думая о том, как это выглядит со стороны.

— Слышишь меня? — тихо сказала она у самого его лица. — Только не здесь. Дыши.

Его маленький рот открылся беззвучно. Глаза были крепко закрыты. Под тонкой кожей на груди, на шее, у висков золотые нити вспыхивали так ярко, что по залу побежали отблески.

Кто-то закричал:

— Уберите ее от наследника!

— Поздно! — отрезала Арина.

Она качнула ребенка к себе, прикрыв его от зала собственным телом, будто от ветра. Голос ее стал ниже, ровнее, почти тем ритмом, каким она вела королеву через роды.

— Вот так. На меня. Только на меня. Дыши.

Жар ударил в ладони с новой силой. На миг показалось, что кожа вот-вот лопнет от этого света. Но затем, почти незаметно, напряжение в маленьком теле сменилось. Воздух вошел глубже. Потом еще. Потом ребенок закашлялся — живо, с болью, но уже по-настоящему.

Пламя вокруг него не исчезло сразу. Оно дрожало еще несколько мгновений, облизывая края пеленки тонким золотом, а затем стало уходить под кожу, как вода в песок.

Наследник всхлипнул и заплакал.

В зале стояла такая тишина, словно весь двор разом перестал дышать вместе с ним.

Арина медленно подняла голову.

Все смотрели на нее.

Не как на женщину. Не как на обвиняемую. Как на что-то, чему они еще не нашли названия.

Глава медицины побледнел до серого.

— Это... это подтверждает... — начал он, но голос его сорвался.

— Подтверждает что? — резко спросил Рейнар.

Он уже стоял рядом, и теперь в его голосе не было ни горя, ни сдержанной официальности. Только холодная, смертельно опасная ярость человека, который только что увидел все собственными глазами.

Лекарь открыл рот — и не нашел слов.

Потому что нашелся бы один-единственный ответ: подтверждает, что ребенок снова едва не умер и что спасти его смогла только та самая женщина, на которую они так старательно пытались повесить смерть королевы.

Брат покойной королевы тяжело опустился обратно в кресло.

Старая императрица смотрела на Арину долгим, невыразимым взглядом. Ни страха. Ни жалости. Ни принятия. Только еще более острое, чем раньше, осознание того, что судьба династии только что сделала шаг в сторону, которой никто не хотел.