Книга Второй шанс для Алой Пиявки, страница 61 – Айра Мэйрвелл

Я услышала его мысль в своей голове, холодную и ясную. «Выбор за тобой, дитя теней. Артефакт… или твои друзья. Ты не можешь спасти и то, и другое».

Я смотрела вниз, на своих товарищей, которые уже обнажили мечи, готовясь к своему последнему бою. Десять против пятидесяти, у них не было ни единого шанса. Я смотрела на Око Мира, на цель всей нашей миссии, до которой оставалось всего несколько шагов.

Я поняла его дьявольский план. Он не просто хотел, чтобы я сделала выбор, «Призрак» хотел увидеть, кто я такая на самом деле. Это было не тактическое испытание, это было испытание моей души.

Я посмотрела на «Призрака». Он стоял неподвижно, как изваяние. Он ждал. И я сделала свой выбор.

Я засунула светящийся диск за пазуху. Я не стала спускаться, а разбежалась и прыгнула. Прыгнула в пустоту, в сторону столпа с Оком Мира.

Тридцать метров. Невозможное расстояние, но я не собиралась его перепрыгивать. В полете я высвободила всю свою Ци, но я направила ее не на ускорение, а на создание «металлического кокона» вокруг себя. Я вложила в него все свои силы, всю свою ярость, все свое отчаяние.

И в тот момент, когда мое тело начало падать, я ударилась о стену столпа с Оком Мира. Кокон из Ци принял на себя основной удар, но он тут же рассеялся, и я покатилась по скале вниз. Боль была адской. Я чувствовала, как хрустят кости, но я не потеряла сознание. Я цеплялась за реальность, за свою последнюю, безумную надежду.

Я упала на небольшой уступ метрах в десяти от основания столпа. Я лежала, не в силах пошевелиться, и видела, как внизу начинается бойня. Я проиграла, не смогла спасти ни артефакт, ни своих друзей.

Я закрыла глаза, ожидая, когда тьма заберет меня, но вместо этого я услышала крик. Не человеческий. Пронзительный, яростный крик, от которого, казалось, задрожали сами камни.

Я с трудом открыла глаза. С неба, из облаков, пикировало нечто огромное. Гигантская тень, закрывшая собой тусклый свет долины. Огромная птица, ее перья были цвета расплавленного серебра, а на голове горел гребень из чистого пламени. Феникс.

Он с ревом врезался в толпу культистов. Огненная волна разметала их. Камни плавились от его жара, а на его спине, держась за огненные перья, стоял человек в парадной генеральской броне, сверкающей даже в сумраке долины. Его меч был обнажен, и он горел таким же холодным, яростным пламенем.

Генерал Цзинь Вэй.

Он не просто ждал меня в столице. Он следовал за нами, он был нашей страховкой. Нашим козырем в рукаве. «Возвращайтесь». Теперь я поняла истинный смысл этого слова. Это был не приказ. Это было обещание.

Я смотрела, как он и его огненный союзник сеют хаос в рядах врага. Я видела, как мои товарищи из «Черной стражи», воспрянув духом, с удвоенной яростью бросились в атаку. А на вершине соседнего столпа все так же неподвижно стоял «Призрак». И я знала, что он смотрит не на битву, он смотрит на меня. И в его зеркальной маске я видела не свое отражение, а отражение пылающего феникса.

Боль была последним, что связывало меня с реальностью. Она была везде — тупая, пульсирующая в сломанных ребрах, острая, как битое стекло, в вывихнутом плече. Я лежала на холодном каменном уступе, и каждый вдох был пыткой. Но сквозь эту красную пелену боли я смотрела на битву, развернувшуюся внизу, и не могла поверить своим глазам.