Книга Второй шанс для Алой Пиявки, страница 22 – Айра Мэйрвелл

— Отец, — начала я без предисловий. — Теперь, когда пост наместника Южной провинции свободен, клан Чжао наверняка попытается протолкнуть на это место своего человека, чтобы скрыть следы преступлений Ван Пу и сохранить контроль над торговыми путями.

Мужчина отложил кисть и внимательно посмотрел на меня.

— Продолжай.

— Этого нельзя допустить. Юг — наша житница и наш щит. Наместником должен стать человек компетентный, неподкупный и, самое главное, лояльный императору. И нам.

— У тебя есть кандидатура? — в его голосе прозвучал сарказм.

— У меня есть критерии, — парировала я. — Это должен быть военный, а не чиновник. Человек, который понимает важность снабжения армии и не боится испачкать руки. Он не должен быть связан ни с одним из великих кланов, чтобы сохранить нейтралитет. И у него должен быть повод ненавидеть коррупцию.

Я подошла к его столу и положила перед ним свиток.

— Майор Сюн из пограничного гарнизона. Его отец, мелкий чиновник, был доведен до самоубийства поборами предшественника Ван Пу. Сам он — герой войны с кочевниками, был ранен, пользуется уважением солдат. Честен до глупости и предан империи до мозга костей. Его кандидатуру никогда не предложат великие кланы, потому что им невозможно управлять. Но если его предложите вы, как акт доброй воли и заботы о государстве, император вас поддержит. Вы получите лояльного человека на ключевом посту и укрепите свою репутацию в глазах трона.

Отец взял свиток и долго его изучал. Я видела, как в его голове работают шестеренки. Он просчитывал ходы, оценивал риски и выгоды. Я больше не была его капризной дочерью. Я стала его неофициальным советником. Его теневым аналитиком. Опасным, непредсказуемым, но чертовски эффективным.

— Я подумаю над этим, — наконец сказал он. Но я знала, что это означает «да».

Мой следующий ход в нашем противостоянии с генералом был сделан. Я не стала прятаться, не стала затаиваться. Я показала ему, что моя цель — не хаос, а порядок. Что я убираю с доски не только чужие, но и свои (вернее, отцовские) слабые фигуры, заменяя их на сильные. Я показывала ему, что мы, как ни странно, на одной стороне. Мы оба хотим сильной империи. Просто методы у нас разные.

Однако я прекрасно понимала, что клан Чжао не оставит это так. Они потеряли лицо и деньги. И они знали, кто за этим стоит. Пусть у них не было доказательств, но во дворце все понимали, чья невидимая рука направила цензора Юя.

Угроза пришла оттуда, откуда я ее ждала. Через три дня мне принесли подарок. Роскошная лаковая шкатулка с гербом клана Чжао. Ее прислала леди Чжао, жена главы клана, с запиской, полной фальшивых комплиментов моему «выздоровлению» и «проницательному уму».

Сяоту, чья интуиция после всего пережитого обострилась до предела, внесла шкатулку.

— Госпожа, она… странно пахнет.

Я приказала всем выйти и закрыть двери. Шкатулка действительно источала едва уловимый, приторно-сладкий аромат, не похожий на запах лака или дерева. Я не стала ее открывать. Вместо этого я села, закрыла глаза и сосредоточилась. Я направила тончайшую, как паутинка, струйку Ци Металла к замку шкатулки. Я научилась «ощупывать» предметы своей энергией. Это было сложно, требовало огромного напряжения, но сейчас это было жизненно необходимо.

Замок был чист. Дерево… чистое. Но вот бархатная подкладка внутри… моя Ци наткнулась на что-то чужеродное. Мельчайшая пыльца, которой была пропитана ткань. Ядовитая пыльца «Сонного Лотоса». Безвкусная, без запаха в малых дозах. Но при постоянном контакте, впитываясь через кожу, она накапливалась в организме, вызывая слабость, апатию, а через несколько месяцев — тихую, безболезненную смерть во сне.