Книга Тайны пустоты, страница 135 – Валентина Елисеева

— Знаешь, как называют такие галереи вокруг мест произрастания космических кораллов? Аллеи влюблённых. Их описывают, как самые романтичные уголки галактик, – известил Стейз с лёгким сомнением в голосе: разделит ли его девушка эту всеобщую убеждённость?

— Тут прекрасно, – заверила Таша.

Её голос сел, пальцы коснулись холодной преграды, защищающей чудо природы от человеческих рук. Она читала, что эти кораллы растут тысячелетиями за счёт оседающей на них космической пыли и мелких обломков других космических тел и не содержат ни единой молекулы белка. Их свечение обусловлено не биохимическими реакциями, а радиолюминесценцией, возникающей под действием жёсткого космического излучения. Таинственная красота цветов космоса своей нежной, пронзительной прелестью превосходила все иллюминации и фейерверки, когда-либо сотворённые человеком. И забурлившие в душе чувства рождали стремление и самой нести в мир только светлое и прекрасное. Дыхание перехватывало и хотелось стоять тут вечно, прижимаясь к надежному, как скала, дорогому мужчине. Действительно – идеальное место для влюблённых. Потянувшись чувствами к Стейзу, она ощутила всё то же лёгкое умиротворение и счастье, что ей, Таше, очевидно хорошо сейчас рядом с ним. Уникальное творение космоса не увеличило интенсивность эмоций наурианца, и сердца Таши коснулось сожаление.

— Ты многое знаешь о чувствах, знаешь, что они существуют и есть у других людей – тебе не обидно, что ты сам их практически лишён? – еле слышно спросила она, разворачиваясь к Стейзу и ласково проводя пальчиками по его лицу.

В ощущаемые ею эмоции вплелась ниточка искреннего веселья. На своём невозмутимом лице стратег мастерски изобразил крайнюю степень озабоченности и зашептал в ответ:

— Ты знаешь о существовании физики, о её удивительных сложных формулах, но не способна насладиться их выводом, изящностью их применения в интереснейших задачах, как другие, – тебя сильно мучает это?

Открыв рот, Таша озадаченно смотрела на своего мужчину, прежде чем поверила в невероятное: он пробует шутить! Наурианец!!! Кто там толковал, что его расе не свойственно чувство юмора?! Нагло врал тот товарищ!

— Совсем не мучает, – звонко расхохоталась Таша, – уж извинись за меня перед физикой! Эй, стратег, целоваться в общественном месте неприлично, что скажет на это мама-сенатор?! Ты рискуешь потерять официальный статус завидного жениха, свободного от всяких личных обязательств!

— Мои близкие давно в курсе, что я несвободен, а средства массовой информации публикуют только проверенные сообщения о личной жизни руководителей Альянса, сделанные от первого лица. Никакие догадки и предположения в сеть не попадают – распространение сплетен строжайше запрещено! Мало ли, какую случайную девушку я могу страстно целовать на аллее влюблённых?

— Ты и правда шутишь!

— Получается? – красиво изогнулась смоляная бровь.

— В целом да, но сразу хочу предупредить, как опытный комик начинающего юмориста: некоторые шутки бывают опасны для здоровья!

Когда Таша укладывалась спать в своём жилом блоке в башне Стратегического Центра, наслаждаться беспредельным счастьем и мечтами о Стейзе ей мешала лишь одна тревожащая мысль: коралловые рифы, увиденные сегодня, точь-в-точь совпадали с её редкими видениями в подпространственных туннелях. Хорошо это или плохо, она определиться не смогла. В конце концов, имела право на существование версия, что иногда выстроенные ею пути в пустоте выводят её к таким рифам совершенно случайным образом.