Книга Тайны пустоты, страница 122 – Валентина Елисеева

«Мне надо отучиться оценивать слова и поступки окружающих с негативной стороны, – упрекнула себя Таша. – Мне с искренней обеспокоенностью дают дружеские советы, а я заранее ощетиниваюсь в предчувствии оскорблений и унижения моего достоинства. Я сама воспринимаю себя дикаркой из неразвитого мира и невольно ожидаю такого же отношения от других! Вот тебе и самоуважение, госпожа Грибнёва. В действительности, окружающие видят в тебе больше достоинств, чем ты сама способна разглядеть в своей особе. Так, выдыхаем и настраиваемся на мирный лад».

— У тебя ещё какие-то новости?

— Хотел обсудить поиски Элиса. Пока они не дали результатов, а ты, как человек, побывавший в схожей ситуации, можешь дать толковый совет, как ещё его поискать.

— Честно говоря, не знаю, что придумать, – потёрла лоб Таша. – Тебе обо всех странностях в открытых мирах сообщают?

— Даже о маломальских. Всех просветителей и философов уже проверили, к нам теперь стекаются сведения обо всём подряд – о крупных катастрофах, стихийных бедствиях, необычном поведении людей. Сообщают, как кто-то на улицу голышом вышел, кто-то на высокую гору восходить начал, кто-то древний жанр наскальной живописи возродить решил, кто-то слепил себе крылья из гусиных перьев и чуть насмерть не разбился при их испытании. Последний – не наш физик, проверили. Никаких электромагнитных и ультразвуковых сигналов искусственного происхождения не фиксируется, я уж не знаю, что думать. Вероятно, Элис всё-таки погиб...

— Скинь мне файлы с докладами, я посмотрю, подумаю.

Когда по общегалактическому времени наступил вечер, Таша отыскала Стейза в рабочем кабинете. Первый стратег был занят какими-то расчётами и отреагировал на её приход только ласковым взглядом и кивком. Устроившись в кресле напротив его стола, Таша попросила:

— Сними очки, если сейчас они тебе не нужны.

— Зачем? – помедлив, спросил Стейз.

— Всё за тем же: я не намерена тебя бояться. Особенно в свете того, что мы теперь вроде как встречаемся.

— Почему «вроде как»? – тут же нахмурился Стейз.

— Снимай очки и обещаю оборот «вроде как» больше не употреблять, – усмехнулась Таша.

Она почувствовала нежелание Стейза уступить её просьбе. Он действительно планировал всегда ходить в очках в её присутствии, старательно скрывая свои отличия от других людей, как и предрекал его товарищ? Он реально планировал вечно прятаться от неё за тёмными стёклами и полагал, она примет такой расклад? Извини, любимый, тут ты просчитался.

Под её настойчивым взглядом очки были сняты и положены на край стола. Глаза цвета космоса заискрили будто бы светом далёких звёзд, чёрный зрачок расширился, затягивая в потустороннюю мглу и вызывая прилив неконтролируемого ужаса... Судорожно схватившись за карандаш, Таша взялась рисовать в альбоме диковинные глаза наурианца, стараясь передать их глубину, их гипнотическую силу. Рисунок не пугал, как оригинал, излить свой страх на бумаге – один из способов преодолеть его.

— Всё нормально? – прошуршал вопрос Стейза.

— Да, работай спокойно, я рядом посижу.

— Тебя колотит нервной дрожью.

— Пройдёт, – отмахнулась Таша, добавляя зрачкам теней, а радужке – звёздчатых искр и яркости красок. Пусть другие видят в фантастических очах только безнадёжность, смерть и безвременье, только холод и равнодушие – она нарисует доверие и надежду. Вначале на бумаге, а потом научится видеть их в глазах любимого мужчины.