Книга Демон на одну ночь, страница 82 – Валентина Елисеева

— Через пару минут всё можно снять – восстановление подкожного слоя идёт чуть медленней ожидаемого, но всё-таки куда быстрей, чем у людей, – сообщил врач. – Сколько лет живу, а дракона от ожогов впервые лечить довелось! Обычно недомогания Иных ограничиваются пищевыми аллергиями у вампиров, отравлениями зельями у ведьм и сложными переломами у оборотней, когда приходится заново ломать и вправлять кости, поскольку из-за молниеносной регенерации те частенько срастаются неправильно. Мне следует ожидать, что этот дракон с ожогами не останется последним и единственным в моей практике?

— Да, – подтвердила Аманда, осмотрев на пострадавшем повреждённое место под самой большой повязкой. – Капитан, надо делать рассылку с предупреждением, пока неведомый маньяк впрямь не извёл нам всех фениксов, саламандр, мантикор и вас – огнедышащих. Девушки-русалочки, прекращайте рыдать и внятно расскажите, что произошло.

Собственно, рассказывать особо было нечего. Рядом с разлившимся устьем притока реки, в омутах которого обитали русалки, в большом частном доме жило одно драконье семейство. Этому семейству принадлежало несколько гектаров леса, где юные драконы могли бегать и летать меж деревьев в звериной ипостаси, не опасаясь посторонних глаз. Русалки и драконы дружили по-соседски, когда матери обмениваются рецептами пирогов, отцы вместе смотрят спортивные матчи, а дети сообща играют на свежем воздухе. Две младшие дочки русалок и сын драконов были примерно одного возраста: девушки уже учились в колледже для Иных, парень – в корпусе подготовки профессиональных телохранителей. Это утро у них выдалось свободным от занятий, и троица носилась по зелёной травке, играя в магические пятнашки: дракон швырялся в подруг синими водяными шариками, а те в него – алыми огненными. Парень недаром учился на полувоенном отделении – реакция у него была отменная, шарики постоянно пролетали мимо его шкуры, но русалочкам удалось взять его в клещи с двух сторон и один сдвоенный удар нанести метко. Чего они никак не ожидали, так это воспламенения огнеупорной чешуи товарища!

— У нас были самые обычные фаерболы, не боевые! – оправдывались русалочки, под тяжёлыми взорами родителей обоих семейств сдавая полицейским остатки «снарядов». – В них не адское пламя! Мы часто ими швырялись в Бони, он сам их нам создавал, чтобы получше натренироваться уворачиваться от атак противников!

Вэнрайт, не долго думая, жахнул одним шариком по острому гребню своего хвоста: фаербол лопнул, язычки пламени пробежали по чешуе, не причинив самой длинной конечности капитана ни малейшего вреда.

— Спасибо за своевременную проверку, давай-ка я сниму с тебя часть шкуры. – Блеснув на солнце скальпелем, Аманда развернулась к командиру спецотряда. – Жертве игр на свежем воздухе тоже приготовиться к сдаче образца и вспомнить, когда был последний контакт с огнём до происшествия.

— Вчера на полигоне командиры нас через огненную полосу препятствий гоняли, – прохрипел молодой дракон по имени Бони. При этом воспоминании в его глазах отразился только что зародившийся страх перед пламенем, и капитан спецотряда гневно скрипнул клыками. Вэнрайт с превеликим удовольствием зашвырнул бы в тюрьму мерзавца, из-за которого его юный огнедышащий соплеменник трясётся от одной мысли об огне! Пирофобия – серьёзное заболевание для драконов, требующее длительной психологической реабилитации.