Книга Приключения в междумирье. Наперегонки со смертью, страница 92 – Валентина Елисеева

Квазик недовольно сморщился. Вера кивнула:

— Верно полагаешь. А еще – это невероятное свинство! Бросать мне в лицо гнусные обвинения, явно показывающие, как низко ты меня оцениваешь и совсем мне не доверяешь!

— Я доверяю! – взвыл демон. – И оцениваю высоко!

Смотря на заметавшегося по кухне Квазика, Вера поняла, что уже сама чувствует себя виноватой. Он вчера добровольно явился к ней в скарт, чтобы умереть вместе! Собрал весь этот Верховный Суд, всячески старался спасти ее и не предавал никогда! Ну, вырвались у него от неожиданного потрясения гадкие слова, так ясно же, что их продиктовали ревность и вековая неуверенность в собственной привлекательности.

Вскочив, Вера подлетела к своему демону и крепко обняла. Квазик замер, нерешительно прижимая ее к себе, обвивая ее ноги хвостом, утыкаясь носом в макушку.

— Больше ничего такого не говори и даже думать не смей! – рыкнула Вера.

Ей горячо пообещали глупостей не говорить и не думать, а в ответ получили милостивейшее прощение и примирительный поцелуй. Совместный завтрак получился теплым, романтичным и очень вкусным. Неприятная утренняя беседа была безжалостно отправлена в утиль Вериной памяти и похоронена там навечно.

— Открывай тайну: как узнал, что я творожную запеканку люблю, причем именно такую? Запеканок много всяких разных бывает, – допытывалась Вера, попивая новый капучино с сердечком.

Квазик замялся, попробовал перевести разговор на другую тему, а в голове Веры забрезжила догадка. Вытащив синий шар, она настроилась на дочь.

Люда сидела на кровати, закутавшись в длинный махровый халат, а Игорь лежал рядом под одеялом, обнимая ее за талию одной рукой, и сонно бормотал, уткнувшись в подушку:

— Котёнок, середина ночи, ну какой еще странный сон?!

— Про маму сон!

Игорь зевнул и оторвался от подушки:

— Про маму? Ты только что говорила, что про жуткого демона.

— Вот именно! Я и сейчас о том же говорю! – раздраженно отмахнулась Люда, а в ответ на недоумение мужа, озадаченно потирающего лоб и не способного понять очевидные взаимосвязи в ее рассказе, еще более раздраженно пояснила:

— Мне приснился страшный рогатый и хвостатый демон, который спрашивал про маму!

— М-да, женская логика. – Игорь понял, что спокойно заснуть ему не дадут, снова зевнул и облокотился на спинку кровати. – Это все записка та дурная виновата. До сих пор удивляюсь, что за нелепое чувство юмора у маньяков! Будь мои друзья моложе, решил бы, что кто-то из них так жестоко подшутил. Котёнок, твоя мама обязательно найдется!

Люда запальчиво всплеснула руками:

— Ты дослушай! Сон был очень реалистичный, будто и не сон вовсе, понимаешь? Мне кажется, что этот демон по-настоящему к нам в спальню заявился, разбудил меня, а потом снова усыпил, будто ничего и не было! Я очень четко все помню, даже твой храп за спиной помню!

— Я не храплю! – как обычно возмутился Игорь, но жене сейчас явно было не до храпа или отсутствия оного. – Демон что сказал-то? Если то, что Вера Ивановна к ним в преисподнюю попала, – так это наглая ложь, твою маму ждут только Небеса, да и то не скоро, а когда правнуков дождется.

— В том и странность – он спрашивал, что мама любит есть на завтрак! Я испугалась и опешила, ответила без раздумий: «Запеканку творожную». А он помолчал секунду и говорит: «У вас на планете есть двести семьдесят три рецепта творожных запеканок. Какую именно любит Вера?» Я отвечаю: «С цукатами». Он спрашивает: «Ты рецепт наизусть помнишь? Можно, я его из твоей памяти скачаю?» Я чисто автоматически кивнула, он послал в меня зеленый луч и исчез, а я заснула, но ненадолго. А теперь думаю: был демон или не был?