Книга Приключения в междумирье. Ошибка бабушки, страница 121 – Валентина Елисеева

— Ясно, – горько резюмировала Вера, – извини, что стесняла тебя несколько циклов, мешала твоему научному одиночеству и вызывала твое раздражение.

Лицо Квазика отразило целую гамму самых противоречивых эмоций. Он явно что-то хотел сказать, но смешался и промолчал.

Вера молча поднялась и вслед за ней поднялся мрачный и нахмуренный демон-хранитель, взмахом хвоста вернув белому Вериному платью первозданную чистоту и гладкость. И чем он так недоволен, спрашивается? Сам же сказал: любить он не может, посторонние существа в доме его раздражают, жены и ильмиры ему без надобности, кроме сильфид никто не нужен. В очередной раз не сбылась мечта Веры о достойном мужчине в ее жизни – видно, не судьба ей семейную жизнь наладить, ни на Земле, ни в космосе. Про синеглазого Тана и думать не хотелось: трудно мгновенно забыть мужчину, к которому успела привязаться, и быстро сменить его на другого, пусть даже и очень красивого. (Именно привязаться, о нежной симпатии, страстном влечении, а тем более о любви – и речи нет! Точно нет!)

— Ты все мне рассказал? Ни о чем напомнить не забыл? – с печальной иронией уточнила Вера. – Может, у меня три ильмира будет?

— Ильмир один, – огрызнулся Квазик. – Не понимаю, чем ты так очевидно недовольна и расстроена – уже передумала оставаться с ильмиром? Ты же планировала любить своего ребенка, растить его, хоть это и против сложившихся традиций.

— Слушай, а почему это против традиций? Ладно, вы выбираете в ильмиры самых худых человечек, но материнский инстинкт у них должен быть? Хоть в зачаточном состоянии? – вяло поинтересовалась Вера, лишь бы не брести к парколу в унылом молчании.

— Чистый материнский инстинкт не связан с душой, он есть и у животных, это физико-химическое явление в организме женщины, и если он проявляется, то его сразу убирают – это не сложное и совершенно безопасное для женщины медицинское вмешательство. Так что все ильмиры спокойно расстаются с детьми.

Вера застыла на месте от потрясения.

— Вы намеренно обрываете связь матери с ее ребенком?! – воскликнула она.

— Вера, настоящая связь – это любовь матери к ребенку, душевная привязанность к нему, а не голый инстинкт! Поэтому изначальной материей и выбирались всегда особи, к любви не способные, а мы всего лишь восстанавливали их организм после родов, в том числе – и гормонально-химический баланс приводили в норму, убирая этот инстинкт, который без любви все равно со временем исчез бы, мать сбежала бы в свой мир, а ребенок остался бы на всю жизнь с ощущением страшной потери. У любящей матери стремление быть рядом со своим ребенком в принципе уничтожить нельзя! А ильмиры к этому расставанию с дитём изначально готовы, такое отлучение от ребенка и подразумевает договор продления рода!

— Бред, это какой-то бред, вы живете в совершенно извращённом мире, – простонала Вера.

— Он не извращенный, это просто мир без любви, – отрезал Квазик. – Если останешься – привыкнешь. Кстати, в нашем мире любое воздействие на разумное существо производится только с его согласия, ильмиры сами просили избавить их от «ненужных переживаний» – и это их определение, не мое! Что тебя так возмущает? Ты же сама говорила утром, что любовь тебе не важна, важно лишь уважение и совместимость характеров: вот именно так хранители и живут, Вера, – в уважении друг к другу и притирках к характеру спутника жизни.