Книга Мой прекрасный директор, страница 189 – Валентина Елисеева

— Марочка, ты никак не можешь понять, что приличные – самые вкусные, – мурлыкнул демон. – Василиса, за страстную ночь я раскрою вам все свои тайны!

— Вы же кого-то любите, – неодобрительно напомнила Василиса. Только она не пытается утешиться в чужих объятьях, а все остальные живут согласно философии экспресс-замены?

Реакция на ее слова была неожиданная: Дамиан окаменел, зло хлестнул по бокам хвостом и сердито ушел.

— У вас привычка такая – грязными сапогами по чужим чувствам топтаться? – хмуро спросил оказавшийся рядом брюнет, которого директор называл Атанасом. – Моему брату не стоит напоминать о его любви, о том, как неразумно он попался в сети моих светлых собратьев.

— Это вы-то светлый? – недоверчиво спросила Василиса.

— Не похож? А так? – Мужчина распустил за спиной белоснежные крылья и покрылся белыми перьями от кистей рук до шеи.

— Развелось ангелов – ни днем, ни ночью покоя нет, – донеслось до них брюзжание Алексея Семеновича. – Всю сложнейшую и гармоничную структуру мироздания сверхъестественными силами портят!

— Развелось физиков – ни днем, ни ночью покоя нет, – не остался в долгу Атанас. – Всю простейшую и гармоничную структуру мироздания зашифровали своими формулами так, что ангел крыло сломит! Когда я слушаю ваши рассуждения, то даже не понимаю, что именно я не понимаю!

— Вер-рр-рно, вер-рр-рно, я стараюсь окна кабинета физики по большой дуге облетать, – прокаркал черный ворон, усаживаясь на плечо Рода Вааловича. Географ ласково улыбнулся птице и осторожно погладил ее по сложенным крыльям.

Василиса с открытым ртом смотрела на говорящего ворона.

— Вы добрым молодцем обращаетесь, да? – спросила она, вспомнив русские сказки.

Ее вопрос опять вызвал смех присутствующих, а ворон оскорбился:

— Мне что, заняться больше нечем? И какого размера из меня молодец получится? Ты про закон сохранения массы слышала?

— Закон сохранения массы устарел со времен Эйнштейна и его Е=mc². – Это сказал физик, приблизившийся к ним и смотрящий на черного ворона горящим взором вдохновенного ученого.

— Но-но, попрр-рошу без ваших членовредительных экспериментов, у меня с прошлого рр-раза только-только перья отросли! – Перебирая лапками, ворон спрятался за голову географа, так что со стороны физика только черный клюв торчал. – Во время слета на Лысой Горе действует всеобщее перр-ремирие, ни один ворон пострадать не должен! Герр-рру директору нужно запретить физикам посещать подобные мероприятия – физики слишком опасны для окружающих!

Василиса осмотрелась: рогатые демоны крутили в ритме танго длинноволосых ведьм (форма одежды в самом деле была любая, вплоть до почти полного отсутствия таковой), драконы выдыхали поверх танцующих струи пламени, Кощей Бессмертный (он же – Афанасий Кощеич) болтал с парочкой матёрых оборотней, но самым опасным существом здесь считался очкастый физик?

Прошло несколько часов. Дело близилось к рассвету. Под боком Василисы вдруг завозилось что-то большое, теплое и пушистое, и она еле удержалась от вскрика, теснее прижавшись к Роду Вааловичу в поиске защиты.

На нее грустно взирал большими лиловыми глазами темно-коричневый знакомый волк. Василиса с трудом сглотнула образовавшийся от страха комок в горле, провела рукой по холке. Волк довольно заурчал и прикрыл глаза. Василиса отдернула ладонь и спросила у Мары: