Книга Сезон продаж магических растений, страница 42 – Валентина Елисеева

Чертыхнувшись, Кэсси откинулась на мягкую спинку сиденья. Она готова была спорить, что число патрульных на её улице прямо сейчас увеличивают вдвое. Всё-таки серьёзное заклинание к ней прилетело, раз вечно невозмутимый королевский кузен полдня не может обуздать свою ярость. Страшно представить, как он отреагирует на правду о «диверсантке»…

В лавке возвращения хозяйки с волнением ожидали Тира и Айя. Всевидящая любопытная соседка поведала девушкам, что в дверь вначале стучались гвардейцы и ушли. Что потом вернулась нэсса с корзинами, полными трав, а сразу вслед за этим примчалась карета с гербом службы имперской безопасности, из которой вышел сам глава печально знаменитой конторы и нэссу-то забрал! На этом моменте соседка трагически всхлипнула, и девушки её успокоили, что прибытие за их хозяйкой гвардейских отрядов и высшего начальника всех гвардейцев империи — дело обыденное и довольно часто повторяющееся. В итоге старушка прониклась великой значительностью персоны, поселившейся с ней по соседству, и даже девушек-помощниц проводила с поклоном, вручив им ещё два десятка яиц.

Кэсси велела девушкам яйца поделить поровну и забрать себе, поблагодарила за наведение финального лоска в лавке и попрощалась с ними до завтрашнего утра. Закрывая дверь, она задумалась, от чего её колотит нервной дрожью: от событий дня сегодняшнего или от ожидания дня грядущего. Присев на диван у столика для клиентов, она обняла ветки склонившегося к ней Коки. Питомец был особенно благодушно настроен, и куча крошек в вазочке объясняла почему: помощницы заранее выложили печенье для гостей, а ушлая лиана слопала его подчистую, прикрыв от глаз девушек край стола пышными ветвями.

— Если завтра снова объешься сладким, несварения нам не миновать, — предупредила Кэсси, но её слов, разумеется, не поняли.

Собравшись с силами, Кэсси отперла замок на задвижке подвала — хотелось бы завтра распродать основную часть вещественных доказательств, чтобы никто не успел их счесть таковыми. Рассортировав всех спасённых, посадив их в горшки с вензелем своей лавки и запрятав среди сородичей, Кэсси облегчённо выдохнула — теперь и она не отличила бы один саженец от другого. Оставалось надеяться, никому не придёт в голову с пристрастием допросить её или Фица.

Надо было разложить по пакетикам семена и сушёные травы, тоже хранившиеся в запертом подвале и оттого не разобранные помощницами. Вечер плавно перетекал в ночь, большинство зелёных обитателей лавки погрузились в сон, который по науке правильно было называть периодическим снижением активности. Скалолаз забрался повыше на кадку Коки и затих, все виды перекати-поля попрятались по углам, только кладбищенский страж воинственно распушился, радуясь темноте, да хищные лианы оживились в ожидании нашествия ночных насекомых. Да, питания в лавке им хватало вдоволь, но радостное возбуждение охоты — это же совсем другое!

«А ведь через недельку-другую они сообразят, что дом — не улица, насекомых тут нет, и перестроят свои циклы активности. Что это, как не выработка условного рефлекса?» — подумала Кэсси, невольно вернувшись мыслями к предложенному Левиттом эксперименту. И сухие горошины выпали из её пальцев, дробно застучав по половицам.