Книга Полоса препятствий для одержимых - 1, страница 89 – Екатерина Ильинская

Крик вырвался не от боли, нет. Это было что-то другое, чему я не знала названия. Тело выгнулось в последней, самой сильной судороге, и потом вдруг наступило затишье. Такое полное и глубокое, что я на мгновение испугалась — не умерла ли?

Но нет, вроде бы была жива.

Темнота. Вокруг по-прежнему была только темнота. Ничего не изменилось.

Но дыхание сбилось, сердце колотилось с немыслимой скоростью, а тело всё ещё содрогалось от отголосков внутренней вибрации. Я не понимала, что это было. Не понимала, почему мне так хорошо и так странно одновременно. Не понимала, почему я вся горю и дрожу.

И тут я почувствовала руку. Тёплую ладонь, лежащую на моём животе — там, где только что пульсировал жар. Чужие пальцы, расслабленно прикасающиеся к телу сквозь ткань ханьфу.

— Что... — Голос сорвался, пришлось сглотнуть и начать заново. — Что это было?

Рядом раздался вздох. Глубокий, тяжёлый, будто человек поднимал непомерную ношу.

— Либо юные заклинательницы устроены не так, как все остальные люди, — голос Хэй Фэна звучал странно — глухо, с какими-то новыми нотками, которых я раньше не слышала, — либо задача оказалась сложнее, чем я думал, либо за годы отсутствия я отстал от жизни, и в человеческом организме появились неизвестные мне отклонения.

Я моргнула в темноте, пытаясь осмыслить услышанное. Ничего не поняла.

— Что? — переспросила я. Голос всё ещё дрожал, тело не желало успокаиваться. — Какие отклонения? При чём здесь...

Я замолчала, потому что воспоминание о том, что только что было, снова накрыло волной. И — о Небеса — мне захотелось ещё. Опять почувствовать эту восходящую, взрывную, ослепительную энергию.

Я прикусила губу, прогоняя наваждение. Но мысль уже засела в голове.

— Может... — Голос дрогнул, но любопытство и странное, незнакомое доселе желание пересилили смущение. — Может, ещё раз попробуешь? Если эта... проверка... так важна? Поищешь отклонения?

Тишина. Такая долгая, что я уже решила — демон не будет отвечать. Но рука по-прежнему лежала на животе, а пальцы невзначай дрогнули, словно погладили.

Хэй Фэн кашлянул. Совсем не демонически, а как-то очень по-человечески.

— Нет, — сказал он коротко. И убрал руку.

Сразу стало холодно, пусто и почему-то обидно. Я хотела попросить положить обратно, но язык не повернулся.

— Это ответный отклик ци. — Голос демона звучал теперь ровнее, хотя в нём всё ещё чувствовалось что-то неуловимо другое. — Пока ты спала, я пытался понять, почему у тебя такие проблемы с управлением энергией.

Я замерла, забыв про странные ощущения.

— Проверил все каналы. Выделил из своей ци те крохи светлой, что поглотил при первом вторжении, и заменил тёмную ци внутри тебя на твою собственную.

Он говорил об этом так обыденно, будто речь шла о покупке овощей на рынке. А я... я пыталась осмыслить. Он вернул мою ци? Ту самую, что выжег в первую ночь? Ту, по которой я плакала?

Руки сами прижались к животу, где ещё недавно лежала его ладонь.

— Но как? — выдохнула я. — Разве можно разделить тёмную и светлую ци? Это же как... как выделить чистую воду из чернил?

— Скорее, как промывание золота от песка, — поправил Хэй Фэн. В его голосе мелькнула тень прежней насмешки, но быстро погасла. — У меня было достаточно времени, чтобы этим заниматься, пока ты спала. Несколько часов кропотливой работы.