Книга Полоса препятствий для одержимых - 1, страница 74 – Екатерина Ильинская

Голос его сочился презрением, и я вдруг остро пожалела, что не могу сейчас наложить на него печать молчания или сделать что-то ещё, что заставило бы его прекратить. Но ци спряталась глубоко внутри.

Челюсть свело. Пальцы, сжимавшие флейту, побелели. Внутри всё закипело с новой силой. Злость, обида, желание крикнуть что-то в ответ… И страх, что если открою рот, голос сорвётся.

Промолчала. Стиснула зубы ещё сильнее, так что в висках застучало. Сделала вид, что не слышу.

Рядом засмеялись. Кто-то поддержал, кто-то просто хмыкнул. Принц всё ещё смотрел на меня, и в его взгляде было что-то странное, похожее на беспокойство.

Я отвернулась.

Внутри бушевала буря. Мысли метались. Я не справлюсь, зачем я здесь, все смеются, демон молчит, я ничтожество...

Тишина.

Но когда я сделала шаг к тропе, чувствуя, как от злости и обиды щиплет в глазах, Хэй Фэн заговорил.

«Ты справишься, — прозвучало тихо и без насмешки. — Сама».

Я замерла.

«Я не буду помогать. Не буду подсказывать. Не буду брать управление».

Слова падали в пустоту, и от них почему-то хотелось плакать ещё сильнее. Он верил в меня? Или просто не хотел возиться?

В горле встал ком. Глаза защипало ещё сильнее.

— Но я... — прошептала одними губами.

«Позовёшь, если будет надо», — сказал он. И замолчал.

Слёзы выступили на глазах. Я моргнула, смахнула их быстрым движением, чтобы никто не увидел.

Рядом всё ещё переговаривались, смеялись. Кто-то толкнул локтем, пробираясь вперёд. А я стояла, и внутри, сквозь злость и обиду, пробивалась надежда.

Я смогу?

Хэй Фэн, почуяв равного, не стал драться открыто. Он развязал печать лабиринта, высвободив темную ци из недр земли. Камни загудели, земля разверзлась, и Кая Синхэ затянуло в подземелье. Выход обрушился, запечатав ловушку.

Воздух ударил в лицо холодом, тень сомкнулась над головой, и Кай Синхэ мягко приземлился на плиты подземного зала. Темнота была такая густая, что казалось, её можно зачерпнуть ладонью.

Говорят, тот лабиринт вырезали не люди и не духи, а сама тьма, когда училась принимать форму. Стены были сложены не просто из камня: в каждом блоке спала запечатанная печать, в каждом шве между плитами заключались нити мрака. Если прислониться ухом к стене, можно было услышать, как где‑то в глубине дышат забытые страхи.

Отрывок из «Легенды о великом герое Кае Синхэ и подлом демоне Хэй Фэне»

Нас провели к огороженной площадке за помостом. Девять каменных кругов, врезанных в землю, сияли голубым, напоминая мой отъезд из школы, и как «брат» украл меня у наставника, перенеся сразу к подножию горы. На мгновение захотелось, чтобы кто-нибудь украл меня и сейчас. Но я справилась с недостойными мыслями.

Круги были разного размера — от такого, куда мог встать лишь один человек, до огромного, способного вместить десяток. В некоторые уже входили участники, и символы под их ногами начинали светиться ярче. Формации перемещения. По бокам он них горели жаровни, и пламя дрожало, будто тоже нервничало.

Распорядитель махнул рукой.

— Встать в круги! Кто окажется в Лабиринте вместе, решат Небеса! — крикнул он, а потом, будто вспомнив что-то, добавил: — В каждый круг может войти сколько угодно, но куда вас забросит — одному Лабиринту ведомо! Через три дня ждём вас у выхода. Остальные принудительно вернутся на арену и считаются выбывшими.