Книга Ты родишь мне сына. P.S. твой босс Волк. Том 1, страница 29 – Евгения Кец, Екатерина Баженова

Задумываюсь, что-то в этих словах есть. Я даже чувствую прилив бодрости, но это больше выглядит так, будто меня саму током бьёт. Удар — встрепенулась и снова упадок сил.

Я не могу это объяснить. Но ритм моего сердца выглядит так же. И это меня пугает куда сильнее, чем всё самое плохое, что может сделать со мной Волк.

— Мои таблетки, — шепчу я.

— Они тебе не нужны, — говорит Вейлин и снова тянется меня поцеловать.

— Да что вы за человек?! — с дури прикладываю обе руки к губам начальника, чем вызываю у него улыбку.

— А, может, я не человек, — говорит он.

— Да, это похоже на правду. Скажу один раз. Я не знаю, что у вас там в голове за план, но я не буду его выполнять. Что бы между нами ни произошло, знайте, это будет против моей воли, — говорю я и гордо задираю нос.

Только я вновь получаю Шах и Мат. Вейлин ухмыляется и открывает дверь. Он с лёгкостью выпускает меня. И получается, что если я сейчас выйду, то признаю, что это против моей воли?

— Пойдём работать? — спрашивает он, а на его губах играет победная улыбка.

Ну детский сад, честное слово.

— Вы псих, — шепчу ему почти в губы.

— В-вейлин, а, — раздаётся голос Екатерины.

Замираю в ужасе, ожидая, что скажет она или сам начальник. Но теперь, я уверена, весь офис будет обсуждать то, что произошло в этой комнате. Дверь открыта, а мы в проходе как на ладони.

Кто мне поверит, что ничего не было? Оба растрёпанные, босые, у меня красные щёки, а у Вейлина безумно довольное выражение лица. Да и шеф прямо сейчас находится слишком близко ко мне, как к рядовой сотруднице.

Растерянно оборачиваюсь и сталкиваюсь взглядами с Катей. В её глазах легко считываю жгучую ненависть. Думаю, окажись она сейчас на моём месте, то не выпендривалась бы.

Так. А я-то чего жду? Пока дверь открыта, надо бежать!

Делаю порыв, но Вейлин хватает меня за руку, почти впечатывая меня в свою грудь.

Влипла. Во всех возможных значениях этого слова.

Что там за знак рукой надо показывать, когда ты в беде? Я же видела в интернете. Но, думаю, Катя мне не поверит.

Она продолжает сверлить меня взглядом, будто я длиннющий саморез, который надо в стену вогнать. Умоляюще смотрю на Вейлина, но он совершенно спокоен, будто всё именно так, как должно быть. И он не держит в объятиях свою практикантку.

— Что-то срочное? — со сталью в голосе спрашивает Волк.

— Вы не отвечали, вот я и подумала… — мямлит Екатерина, опуская взгляд. — Простите, я не должна была входить.

— Всё верно, — кивает шеф. — Тогда сделай одолжение. Выйди.

Открываю рот, но взглянув в глаза Вейлину и увидев там самую настоящую зимнюю стужу, закрываю рот и тоже опускаю взгляд.

Катя ещё раз извиняется и почти убегает из кабинета, тонко стуча шпильками. Кажется, я даже слышу всхлип. Неужели она плачет?

Смотрю ей вслед и напрочь забываю, что наглухо прижата к горячей груди начальника.

— Смотрю, ты уже не чихаешь, — раздаётся шёпот около самого уха, даже ощущаю горячее дыхание на коже.

Мурашки пробегают по шее, и я вздрагиваю:

— Апчхи, — ну и зачем он сказал про чихание?

Сразу засвербило в носу. Но ведь я не чихала до этого. Ничего не понимаю, как такое возможно?

— У тебя нет аллергии, — говорит Волк и выставляет меня из своей тайной комнаты.

Закрывает её на ключ и прячет его в карман. А я стою ровно там, куда он меня сам и поставил. Я будто в куклу превратилась. Причём абсолютно безвольную.