Книга Второй шанс для принцессы, страница 59 – Анна Морская

Скорее всего, и пропавший урожай на полях, и моровое поветрие стали следствием бездумного использования отцом могущества одного из дияров. Уверена, он думал, что действует в интересах империи, но незнание и преступная беспечность не могут оправдать катастрофу, которой все в итоге обернулось.

Кассиан резко выпрямился в кресле — вся его показная расслабленность исчезла.

— Значит, мы все понимаем, что от Ноймарка придется избавиться. Желательно раньше, чем зендарийцы разберутся, как его правильно использовать. Есть идеи, как это сделать?

— Лучше ты нам изложи свои, — все так же едко произнес Крайт. — Как мы должны добраться до него теперь? Штурм Цитадели назначим в обед или дождемся ужина?

И тут в мозгу, напряженно искавшем выход из ситуации, будто щелкнул переключатель.

— Есть другой путь, — голос прозвучал тише, чем хотелось бы, тем не менее все взгляды разом обратились ко мне, и я заставила себя говорить дальше. — Штурм не понадобится. И мы можем спасти его. Наверное. Или я чего‑то не понимаю? Почему вы сразу решили убить его, а не попытаться спасти?

Кажется, моя попытка слиться с интерьером оказалась успешной, и, судя по взглядам, мужчины действительно забыли о том, что находятся здесь не во вполне обычном составе.

Молчание нарушил Хортус, однако обратился он не ко мне, а к Кассиану:

— Напомни мне, зачем она здесь, Кас?

— Чтобы быть полезной, очевидно, — пожал плечами тот, будто у него спрашивали самую очевидную вещь на свете. — Правда, не так, как планировала изначально, но полагаю, о внутреннем устройстве зендарийского дворца и Цитадели в частности ей известно несколько больше, чем нам.

Хортус медленно перевел тяжелый взгляд на меня.

— С чего бы зендарийке желать быть полезной Конклаву? Тем более принцессе, которую мы лишили всего.

— А ты присмотрись, — насмешливо хмыкнул Альтериус и откинулся назад, скрестив руки на груди. — Кассиан, как я посмотрю, времени зря не терял.

Мгновение, пристальный взгляд — и в глазах Хортуса промелькнуло понимание, а губы дияра, который все это время хранил молчание, исказила кривая усмешка, и он подарил мне такой взгляд, что захотелось срочно помыться.

Кассиан предупреждал, что дияра Дагора стоит опасаться, и впрямь его вид показался мне самым недружелюбным: лицо походило на маску, за которой угадывалась привычка к насилию. Острый профиль, крупные черты лица, широкие плечи, шрам у виска — даже внешность этого человека говорила о том, что к нему не стоит относиться беспечно.

Щеки обожгло жаром, но вместо смущения пришла злость.

— У вас всех здесь очень много свободного времени, как я посмотрю? — я мило улыбнулась, но слова не произнесла — почти прошипела сквозь зубы. — Практиковаться в остроумии, во всяком случае, вы успеваете. Простите великодушно, но моя недалекость не позволяет мне понять, почему пятеро взрослых мужчин в сложившихся обстоятельствах обмениваются колкостями, вместо того чтобы найти решение проблемы и воспользоваться преимуществом, которое лежит прямо перед носом, — я сделала глубокий вдох, потому как всю эту тираду выложила на едином выдохе. — Если вас все‑таки интересует моя мотивация, а не личная жизнь дияра Кассиана Ревенхольма, то поясню: мне известны планы отца, и если они успешно воплотятся в жизнь, мы все — и Конклав, и Зендария — захлебнемся в крови. И как наследная принцесса скажу — это не то, чего я хочу для своего народа, даже если это значит пойти против отца.