Книга Его одержимость. Будешь моей, страница 116 – Дилара Александрова

— Я знаю, — сказала Джудит, и голос ее эхом отозвался от каменных сводов.

— Ты веришь мне? — удивился Кассарион. — Но…

— Касс, на дороге правды ты никогда мне не врал, — вздохнула Джудит. — Даже если знал, что в конце пути прилетит несколько ударов по заднице. Помнишь, за что я тогда тебя выпорола? Ты сам рассказал мне о подделке электронного журнала. А ведь такое наказание очень болезненно для твоего непомерного эго. Так что да, я тебе верю.

Кассарион облегченно вздохнул.

— Значит, этого урода за борт?

— Что значит «за борт»? — переспросила Джудит.

— На базу и под арест.

— Какой арест? Он что, хотел убить тебя?

— Не знаю, не уверен. Но ему не помешает немного охладиться.

— В первый раз вижу, что ты решаешь конфликт таким цивилизованным способом.

И таким слабым. Так, наверняка, она хотела сказать. Потому что Касс всегда предпочитал пользоваться кулаками, а не законом. И взрослел он по правилам улиц. Он сделал исключение ради нее, могла бы и оценить.

Мужчина почувствовал укол собственного самолюбия. Будто он тюфяк, не способный решить проблему тихо и мирно.

Чтобы никто не узнал, что он отделал Элайзу до полусмерти.

— Зачем он здесь вообще нужен? — возмутился Касс. — Чтобы ответа от тебя ждать? Понятно же, что он не твой вариант.

— А кто мой вариант?

— Я, — невозмутимо ответил Кассарион, будто все уже решено.

— Вот скажи мне, что хуже, — вспылила Джудит, разозленная самоуверенностью Касса. — Врать как Кассарион Даркмор, чтобы завоевать девушку, или врать как Элайза Цулоли, чтобы завоевать девушку?

— Ты что, его оправдываешь?! — поразился Кассарион.

— Нет, не оправдываю…

— …так скажи ему, чтобы он валил отсюда, — отрезал Кассарион. — Ты не ответишь ему взаимностью.

— Я просто хочу сказать, что понимаю Элайзу. Да, он соврал, но чем ты лучше его? Хочешь сказать, ты никогда не врал и не калечил своих соперников?

Кассарион поджал губы.

Не хочет мириться, поняла Джудит, считает, что ему можно так поступать, а Элайзе нельзя. Потому что она принадлежит ему.

Просто поразительно, насколько он гнет свою линию. Будто уже решил за них обоих… и буквально давит, не давая ей сделать собственного выбора.

— Хватит, — сказала Джудит. — Если хочешь знать — нет, я не буду с Элайзой, но и твоя самоуверенность меня раздражает.

— Ты о чем? — самоуверенность Кассариона тут же пропала.

— То, что я сама в праве решать, с кем мне быть и что делать, — твердо ответила Джудит. — И мне не нравится, когда кое-какие самоуверенные самцы пытаются влиять на мой выбор.

Кассарион молчал. Он мог бы возразить, но у него опять вырвалось бы что-нибудь ультимативное. Не умеет он пережидать бури, если речь идет о Джу… ему всегда нужно получить ее всю — здесь и сейчас, и даже тогда ему будет ее не хватать… а ждать ответа было сущей пыткой.

— Ладно, — Касс поднял руки и начал пятиться, показывая, что принимает ее решение и не возражает. — Я подожду… но не думай, что я подпущу этого урода к тебе ближе, чем на сотню метров.

— Уйди, — Джудит прикрыл глаза, а потом и вовсе отвернулась.

Как мужчина покидал пещеру она уже не видела.

Когда солнце зашло за горизонт, он разместился напротив пещеры Джу в своем спальнике, бдительно карауля, чтобы Элайза не смел даже приблизиться ко входу. Мужчина настроил сканирующий браслет на тот случай, если вдруг задремлет. День был долгий, и он порядком устал.