Книга Магия из прошлого, страница 11 – Мила Морес

— Дори, а у него только крылья или тело, похожее на кошачье тоже есть?

— Большие-большие крылья. Они освещают всю мою комнату, и мама иногда заходит, чтобы выключить свет, но свет у меня не горит, а Персей прячется. Он просил никому не рассказывать о нем. Я даже учителю не сказал.

— А маме с папой ты сказал?

— Нет, Персей научил меня прятать мысли от папы.

Охренеть.

— Пойдем, малыш, домой. Нужно поговорить с твоими родителями.

Перемещаю племянника в дом, предварительно убедившись, что взрослые увеселения пришли к логическому завершению. Чувствую, что теперь в этих стенах два удовлетворенных тела и две осчастливленные души. Слегка подташнивает от их радости, а еще бесит, что они пропустили такой важный эпизод в жизни собственного ребенка.

Хотелось с порога сказать что-то вроде: «Вы охренели или как?», но пришлось подбирать слова, я ведь стараюсь воспитать своего племянника порядочным человеком.

— Вы в курсе, что к вашему сыну уже питомец пришел? — говорю без предисловий, подобрав слова помягче, но с суровой интонацией. Я сейчас как прародитель, буду тыкать их носом в ошибки.

— Что? — Энди смотрит с недоверием, хмурится, сейчас он похож на нашего отца, даже зрачок периодически темнеет.

— Дори, это правда? — Эсма подошла к ребенку, присела рядом.

— Персей сказал, что никому нельзя рассказывать.

— О, малыш, — Эсма обнимает Дори с такой нежностью, что я сам расплываюсь. Чертовы мысли бегут впереди моих желаний, я не могу их контролировать. Вижу, брат нахмурено читает в моей голове: мне хотелось бы, чтобы это была моя жена и мой сын. На лице Энди двигаются скулы, но он старается сконцентрироваться на сыне. Видимо, только сейчас понял, что не слышит его мысли.

— Дори, с папой нужно делиться всем, ты помнишь, мы с тобой об этом говорили? — Энди слишком мягок. Я ему все намекаю, что нужно быть тверже, а он отмахивается, не хочет быть похожим на нашего отца.

— От папы не нужно прятать мысли, милый, — Эсма говорит ласково, будто это уже не та дерзкая девчонка, с которой я познакомился несколько лет назад, и не та истеричка, которая тут недавно огнем метала.

— Персей сказал, никому нельзя рассказывать, что он ко мне приходит.

— Но с семьей нужно делиться всем, правда, Дори? Ты ведь доверяешь нам с папой? У тебя не должно быть от нас секретов. Покажешь нам свою птицу?

— Позови его, Дориан. Ты уже знаешь, как это сделать?

Картина умилительная, наблюдаю за ними и не спешу уходить. Все равно дома делать нечего, даже поговорить не с кем. А тут семейная идиллия. Впитывая их эмоции, я забываю, что это не моя жена и не мой ребенок. Приходится отдергивать себя, чтобы не погрузиться в эту фантазию слишком сильно.

— Пойдем, Дори, в твою комнату, — Энди увел младшего, и на несколько секунд в гостиной стало тихо. Эсма неловко перешагивает с ноги на ногу, старается не смотреть мне в лицо. Порывается уйти за мужем, но не хочет оставить меня одного. Так и разрывается в своих желаниях, а я без стеснения ее рассматриваю. Такая взлохмаченная, как и час назад, когда я застукал их на горячем.

Интересно, она так перешагивает, потому что между ног саднит от трех членов или ей неловко быть со мной наедине? Жаль, что она не читает мои мысли, я бы хотел увидеть ее реакцию на это, хотя бы в глазах. Кажется, я ухмыляюсь сейчас, как дурак, еще раз оцениваю ее хрупкую фигурку и давлю в себе зачатки желания повалить ее на этот диван.