Книга Магия из прошлого, страница 1 – Мила Морес

Диэн Хот-Девиль

Я отдаленно услышал шлепки и пестрые стоны, какая-то неизвестная сила притянула меня на второй этаж. Дверь распахнулась без моего желания, тело обволокло чугунной тяжестью, я уже не видел окружающих предметов, не чувствовал запахов, я знал, что происходит за этой дверью. Мое сердце сжалось, когда сквозь серый туман я сумел рассмотреть две фигуры на кровати. Мужские бедра шлепают о задницу моей малышки, моей предназначенной, моей Эсти.

Треск, крик, падение, удар, снова удар, стон, удар, крик, мои руки в крови. Он стоит на коленях, я поднимаю его голову, заставляю посмотреть мне в глаза.

— Пожалуйста, Ди, не надо! Он не виноват! Это я! Это все я! — крик вперемешку с плачем пронзает меня новой болью. Она защищает его. Она беспокоится о нем. Не обо мне, а о моем брате, который только что трахал ее на моей постели.

— Как ты посмел?! — я не смог этого прокричать, вышло рычание, пропитанное горечью. Знаю, что брат чувствует все эмоции, которые испытываю я, а я блокирую его, не хочу знать, что сейчас у него на душе. Я вижу лишь то, что вижу. — Ты трахал мою женщину! — снова удар, брызги, женские всхлипы, жалобные крики.

— Не надо, Ди! Пожалуйста, умоляю, не надо!

— Я убью тебя, — снова заношу руку для удара, но Эсти цепляется за мой кулак, целует окровавленные пальцы.

— Пожалуйста, Ди, если ты меня любишь, не убивай его! — она стоит на коленях рядом с братом-подонком. Энди все так же не смотрит мне в глаза, склоняет голову, не пытается наносить ответные удары, даже не закрывается.

— Это моя женщина! — кулак выскальзывает из слабых женских пальцев и снова встречается с мужским лицом. Я не контролирую этого, но чувствую, как слабею. Ноги стали чужими, тело подрагивает, разум ныряет в непроглядную бездну.

— Она и моя тоже! — брат выкрикнул и одновременно с этим из его ладони вылетела молния, точно такая же, как появилась у меня после встречи с Эсти. Именно тогда я понял, что она и есть моя предназначенная. Способность, переходящая по мужской линии, открывается в нашем роду после контакта с истинной парой.

— Этого не может быть, — я упал на колени, теперь в такой же позе молящегося мы стоим втроем. Щеки Эсти в слезах, Энди захлебывается кровью, я разрываюсь на части.

— Пожалуйста, прости меня, Ди, — она чувствует, что я отхожу от шока, просит пощады, но не для себя, а для любовника. Эсти знает, что я не смогу причинить ей боль. — Я не могу этому сопротивляться, — ее слова дышат отчаяньем.

— Как ты мог? — я вижу здесь лишь одного виновного, и я все еще хочу его убить.

— Я не мог сопротивляться, — жалкое оправдание брата.

— Ты мог прийти ко мне и все рассказать!!!

— Ди, пожалуйста, прости его, — Эсти лезет мне на колени, прижимается, ласкается как пушистый зверек, целует мое лицо с отпечатком боли и ярости.

— Ты любишь меня, Эсти? — я знаю ее чувства, считываю их без труда, но зачем-то требую словесного подтверждения.

— Я люблю тебя, Ди, — снова трется своим хрупким голым тельцем об меня. — Но и его я тоже люблю…

Я вскочил с постели, будто на меня вылили воду с потрескивающими кубиками льда. Тело в поту, дыхание прерывистое, сердцу мало места в груди, оно рвется наружу, разрывает ребра. Вышагиваю по комнате, руками стискиваю голову, пытаюсь унять дрожь в теле.