Книга Девятый муж не нужен, страница 55 – Мила Морес

Выходим на второй этаж, идём в направлении спален. Все они недалеко друг от друга, каждую дверь видно. Мужчины уже откровенно меня домогаются, но делают это нежно и игриво.

Я всё думаю, они и правда намерены зайти разом ко мне или всё-таки я что-то недопонимаю? Волнуюсь. Сама не знаю, чего мне сейчас хочется. Любви — определённо, но этого мне пока не предлагали.

В общем коридоре замедляем шаг. Слуга с довольной улыбкой ведёт нам навстречу несколько роскошных девушек. Подталкивает по очереди в спину, говоря: «Для принца», «Для господина Дарисвальда», «Для сэра Вонтера», «Для мэтра Десидера»… Пока перечисление продолжается, ныряю под руку одного из мужчин, незаметно иду к своей комнате.

— Ну на хрен ты влез? — возмущается Десидер.

— Так… господин… это же… суббота ведь… а вы всегда…

Захожу в комнату, щёлкаю замком и больше не слышу того, что происходит в коридоре. Стою у двери пять минут, не ощущаю своих ног. Досада грызёт под кожей, а сердце обиженно сжимается.

— Дура, — обзываю себя, — надумала себе… Любовь-морковь… А у них просто суббота…

Снимаю платье, продолжая себя песочить. И стыдно оттого, что расплылась перед мужчинами, поддалась очарованию и напору, ещё и взаправду со всеми собралась любовь крутить. Ага, любовь. Понятно ведь, что им от меня нужно.

И всё-таки… Они же столько всего для кухни накупили. Это ведь для меня? Будто знали, что мне понравится… Дима мне разве что набор лопаток дарил. И то я сама заказала, а он позволил оплатить своей картой.

— На-а-адя, — Десидер дёргает ручку двери, — На-а-адь…

Иду в ванную, набираю воду, ныряю с головой. Хочется в тот чан, в котором я сидела с двумя мужчинами. В одноместной ванне чувствую себя одиноко.

Из коридора слышатся стуки и голоса. Кто-то ещё атакует мою дверь, а через десять минут всё затихает, и я выползаю, лениво иду в постель.

Досада — паршивое чувство. Не самое противное, но такое… гнетущее. Вроде всё хорошо, а в горле ком, в груди давит.

Сворачиваюсь клубочком, прислушиваюсь, что там творится в других комнатах, но этот огромный дом вмиг вымер. Видимо, звукоизоляция есть.

А перед глазами длиннющие ноги блондинок, которых услужливый Пант распределял между мужчинами. Моими мужчинами.

«Дура. Какие же они твои?» — ворчит внутренний голос.

Хочется заткнуть его, но он продолжает ворчать, напоминая, что у меня непослушные кудряшки, несимметричные веснушки, родинка над левой бровью, и зуб один стоит неправильно. Дима говорил красивая, с изюминкой. Ага. Теперь-то я точно знаю, какая изюминка его интересовала.

— Нэйдин, — вздрагиваю от близко звучащего мужского голоса, — не бойся, это я…

Дарисвальд заходит через балкон, в зубах цветок, и он быстро перехватывает его рукой, садится на край кровати.

— Зачем закрылась, пуговка? Я, конечно, и через балкон могу заходить, но удобнее через дверь. Это тебе, — протягивает благоухающий цветок на стройной ножке, и я принимаю с открытым ртом, а потом вдруг понимаю, что выгляжу глупо, и захлопываю рот. Растопил сердечко одним красивым жестом.

— А как ты… через балкон?

— Подтянулся и вот я здесь, — берёт мою свободную руку, подносит к губам.

— А как же… «суббота»?

— Ревнуешь?

Ничего не отвечаю, просто смотрю в синие глаза. Не верится, что этот мужчина казался мне суровым и пугающим. Что-то от дикого и необузданного в нём определённо есть, но это удивительным образом сочетается с душевностью и добротой.