Книга Девятый муж не нужен, страница 104 – Мила Морес

— Ильфги — уроженка Айнхаллы? — приподнимаю голову.

Аир подсветил следующие строки, и мои глаза побежали по ним сами. А дальше страницы перелистнулись почти в конец, и я вчиталась в текст, написанный от руки.

Марсания и Айнхалла — два дружественных мира с единой магической системой. Если разорвать связь, один из миров погибнет. Выживет тот, кто откажется взаимодействовать, то есть, кто разорвёт связь первым.

Ильфги для айраконов рождаются на стороне Айнхаллы. Вызывая женщину на свою родину, айраконы формируют баланс. Они отдают своё бессмертие, чтобы не было перенасыщения силой. Ильфги получает дополнительный жизненный срок и становится слабым местом айракона. Если гибнет ильфги, гибнет и айракон.

Книга снова закрылась, и передо мной появился плотный блокнот с закладками. Страницы начали перелистываться, открываясь каждый раз там, где были ответы на мои вопросы.

Айнхалла отгородилась магическим куполом, посчитав, что Марсания представляет угрозу. С тех пор айраконы не могли вызывать ильфги. Поколения, нашедшие свою пару доживали отведённый им срок, а рождённые ими дети не могли найти пару. Мир угасал постепенно и в немых мучениях.

Магии в человеческих телах становилось меньше, и они погибали. А оставшиеся духи были обречены на пустое существование.

— О господи… Так значит… Подожди, Аир. А как же я? Я не уроженка Айнхаллы. Я вообще из другого мира.

— Я не могу это объяснить, — написал Аир. — Я призывал свою ильфги ещё до закрытия Айнхаллы, но отклика не было. Я повторял призыв на протяжении трехсот лет.

— Это немыслимо…

Я откинулась на спинку стула, растерла виски. На столе своевременно появился стакан с водой, и я с благодарностью его осушила. Одновременно попыталась утрясти в голове всё, что узнала.

— Значит, это случилось около тысячи лет назад… Боже… Мне так жаль, Аир… Мне очень жаль.

— Ты не виновата, — появилось на доске, а чуть позже: — В отличие от них.

— Них?

Дневник Аира раскрылся на другой странице, и я снова придвинулась к столу, продолжила читать.

Айракона невозможно убить, потому что любая рана на его теле моментально восстанавливается. Единственный палач айракона — ильфги. Если нож будет в руке истинной пары, тело айракона погибнет. Существует легенда, что ильфги может как отнять жизнь своего истинного, так и вернуть. Никто никогда не проверял, работает ли это, информация сохранилась в источниках, которым более трех тысяч лет.

— Я могу тебя оживить? Ты знаешь, что нужно делать? — взгляд сам метнулся в сторону мирно лежащего скелета.

— Знаю.

— Значит, мы это сделаем? — на этот раз я не усидела на месте, поднялась и даже сделала пару шагов к скелету, но Аир жестом вернул мой взгляд к доске.

— Ты должна знать ещё кое-что.

— Говори. Я всё сделаю, как скажешь.

Аир отошёл и, как мне показалось, впервые повернулся ко мне спиной. Его плечи слегка опустились, а взгляд устремился в пол. Сейчас показалось, это его реальная манера поведения. Так выглядит задумчивый суровый владыка айраконов, когда готовится сказать что-то важное, но волнительное.

— Они убили мой мир, — написал Аир, продолжая так же стоять ко мне спиной. — Я впустил их на свои земли и дал защиту. Я дал им свою магию, научил, как жить на моей земле. Тридцать лет я принуждал их восстанавливать мой мир… Мир, который они убили тысячу лет назад.