Книга Тот, кто вырезал моё сердце, страница 78 – Кассиан Маринер

— Похвально, Бай, — Император благосклонно кивнул, его голос гулко разнесся под сводами. — Поддержка талантов — священный долг благородного мужа.

Под столом мой кулак сжался так сильно, что ногти впились в ладони. Управление? О чем, демоны его дери, он говорит? Я перевел взгляд на Лин И. Он… нет, теперь она упорно избегала моего взгляда, изучая на пол. Её всегда расправленные плечи теперь поникли, словно под весом невидимого ярма. В её позе читалось не смирение, а надлом. Что он сделал с ней в саду?

Когда официальная часть приема завершилась и нас проводили к лодке, тишина стала невыносимой. Мы оказались одни на корме. Мерный плеск весел и ритмичное дыхание гребцов лишь подчеркивали наше отчуждение.

— Лин И, — позвал я негромко. Она вздрогнула, словно я коснулся её раскаленным железом.

— Да, Мастер? — голос был бесцветным, лишенным привычных теплых ноток.

— О чем вы говорили с Баем?

— Ни о чем особенном. — Она ответила слишком быстро, почти выплюнула слова. — О сортах южной древесины… и том, что завтра обещают туман.

— Не лги мне, — я понизил голос до шепота, в котором закипала ярость. — Я чувствую твой страх, он исходит от тебя волнами. Он тебе угрожал?

— Нет, Мастер. — Она наконец подняла глаза, и в их глубине я увидел такую тоску и бездонную, выжигающую нутро боль, что на мгновение мне не хватило воздуха. — Он просто предложил мне стабильность. У нас ведь нет заказов на годы вперед, верно? Вы можете уйти в любой момент, а мне нужно на что-то жить.

Каждое её слово было ложью. Девушка, которая клялась мне в верности, теперь возводила между нами стену. Нефритовая балка моего доверия, казавшаяся незыблемой, дала трещину.

— Ты хочешь уйти к нему? — мой голос стал холодным, как лед северных рек. — После всего? После того, как он едва не убил нас?

— У меня нет выбора... — она осеклась, быстро исправившись. — Я хочу ясности, Мастер. Вы — ветер. Сегодня здесь, а завтра на Небесах. А Бай — это земля.

— Земля, в которую закапывают трупы, — отрезал я.

Отвернулся, чувствуя острую боль под ребрами. Я предал свою небесную суть, отказался от вечности ради неё, а она продает нашу связь за стабильность?

И тут ясная, ледяная мысль прошила сознание. Она не предательница. Она — жертва, загнанная в угол. Бай не мог купить её, она уже плевала в лицо его богатству. Значит, он нашел рычаг. Шантаж. Ответ лежал на поверхности: её тайна. Он узнал, что Лин И — женщина.

Посмотрел на её сгорбленную спину. Глупая, храбрая девочка. Она решила сыграть с демоном в кости, надеясь выкупить мою безопасность своей свободой. Я не стану её расспрашивать, если Бай держит её на крючке, правда станет её приговором.

— Делай как знаешь, — бросил я с нарочитым равнодушием. — Ты волен выбирать свой путь, Лин И.

Я заметил, как вздрогнули её плечи. Она едва сдерживала рыдания, сжимая пальцы так, что костяшки побелели.

* * *

Повествование от лица Лин И (Лин Вань)

Возвращение в наш дом было похоже на погребальную процессию. Хань Шуо, не проронив ни слова, заперся в своих покоях. Его холод ранил больнее, чем все угрозы Бая.

В своей тесной каморке я дрожащими руками стянула парадные одежды. Под подушкой лежала простая деревянная шпилька. Прижала её к губам, глотая слезы.

— Прости меня… Прости, моя любовь. Чтобы ты жил, я должна стать предателем.