Книга Молия, страница 180 – Маргарита Серрон

— А мы что, охранники что ли, это больница, а не дурдом. Пусть дома выясняют отношения, — маленькая красивая Машка надула губы. Ей обидно было, что два таких брутальных мужчины, настоящих самца, из-за одной девушки все отделение подняли на ноги. Можно подумать других девушек нет вокруг. Вот за нее никто не дерется.

— Иди, Машуня, и не вздыхай за чужими мужиками, и на твоей улице будет праздник.

— Ладно, Ксанча, ты зови, если что.

— Ага, ты как раз поможешь, — женщина рассмеялась.

Киан сидел рядом со спящей Молей и не шевелился. Больничные запахи вызывали тошноту, но он терпел. Он не мог оставить девушку одну. Почему-то раньше у него получалось бросать ее тогда, когда она в нем больше всего нуждалась, а сегодня не смог. Конечно, это не ревность в нем играла, а просто его эгоистичное желание попасть домой. Моля всего лишь пропуск, временный источник удовлетворения его сексуальных желаний, почти неодушевленный предмет и ничего больше. Почему его тогда трясет от одного упоминания о Максе, неужели Моля действительно хочет выйти за него замуж? Но Макс ей не подходит, он не умеет заботиться по-настоящему о женщине. А кто тогда ей подходит?

Киан понял, что совсем запутался. И это его волновало. Вся его хорошо просчитанная жизненная система давала серьезную трещину. Он не понимал, зачем сам приехал в больницу, когда мог это поручить Матвею. Зачем сейчас сидит и сторожит девушку, как пес на цепи, когда в этом нет никакой необходимости. Что вообще происходит с ним? Поток мыслей вдруг превратился в тягучую густую массу. А доктор вколол ему хорошую дозу снотворного. Уснуть он не уснет, но вот ясно мыслить уже не сможет, какое-то время уйдет на нейтрализацию сильнодействующего снотворного. Все реакции жреца замедлились, и он завалился на узкую кровать, накрывая собой тело девушки. От толчка, Моля дернулась и открыла глаза.

— Киан, что ты делаешь? Ты лежишь на мне, мне неудобно, ты тяжелый, слезь с меня.

— Убью дока, сукин сын, Моля моя…

— Ты что, пьяный? Слезь, говорю сейчас же. Что ты творишь? — Моля не понимала, что происходит с мужчиной, который казалось делал огромные усилия, чтобы пошевелить рукой или ногой. Ей не терпелось узнать, как себя чувствует Макс, но с таким живым грузом на теле, она была полностью обездвижена. Киан повернул голову и уткнулся в шею девушки. И вдруг ему стало так хорошо, так спокойно. На какую-то секунду, он даже задумался, чувствовал ли он раньше такое упоение от близости с женщиной? Он протянул руку и нащупал пышную женскую грудь. И в один момент все, что казалось важным, вдруг потеряло смысл. Несмотря на действие снотворного, замедляющего все его реакции, он сразу почувствовал возбуждение. Но это было больше, чем влечение, он испытывал настоящую потребность не только чувствовать под собой тело девушки и обладать им, но и слышать ее голос, вдыхать запах ее тела. Он хотел, чтобы она была рядом с ним всегда. Киан вздрогнул и с силой перевернулся. Он скатился с кровати и упал на пол. Только одурманенный лекарствами мозг мог воспроизвести такую ужасающую мысль. Это просто бред и скоро он пройдет.

— Киан, ты не ушибся, что с тобой происходит? Как ты меня нашел? — Моля встала с кровати и потянулась к лежащему на полу мужчине. Она разрывалась между желанием пойти и узнать, как дела обстоят у Макса и бешенным притяжением, которое испытывала, находясь рядом с Кианом. Каждая клеточка ее тела тянулась к сильному красивому мужскому телу, но разум метался, точно пойманный в решетку зверь, сопротивляясь чувствам, которые не могли иметь продолжения. Не выдержав искушения, Моля прильнула к холодному телу Киану, опалив его своим жаром. Он обнял ее за спину и поцеловал.