Книга Бывший муж. А кто теперь кому не пара, страница 27 – Ева Стоун

— Того, что между нами вспыхнет, — с этими словами он касается моего подбородка костяшкой указательного пальца.

Сейчас должен быть тот самый момент запретного сближения людей, которые не должны быть вместе, но больше не в силах противится притяжению.

— Когда я на тебя смотрю, Ваня, у меня правда вспыхивает, — убираю с себя его руку.

Он не замечает того, как резко я это делаю, потому что весь во внимание, что я скажу дальше.

— Правда? Что? — требует он.

Я, сама того не желая, полностью завладеваю его вниманием. Блин!

— Не бойся, это не сердце. А другое место, куда менее романтичное.

— Какое? — его голос становится настолько мягким и тягучим, что вряд ли он на меня сейчас смотрит как на бывшую.

— То, что полыхает, когда человек испытывает возмущение крайней степени, Демидов!

Он хмурится, мотает головой и недоверчиво уточняет:

— Ты про жопу?

— Боже, дай мне сил, — запрокидываю голову к небу.

— Ты серьёзно, Ева? — он заставляет меня посмотреть ему в глаза. — Я думал, у нас разговор идёт в другое русло.

Демидов злится из-за моих слов, что, наверное, к лучшему.

— Наивный, — щёлкаю его по носу, чувствуя себя стервой. — Напомню тебе твои же слова: мы бывшие. И да, воевать нам не обязательно, — делаю шаг назад, — как и дружить, — ещё шаг. — Прощай, Ваня. Больше ко мне не подходи, даже если будет очень надо.

Иван Демидов

Четыре года спустя

— …по третьему объекту — перерасход бетона, почти на двадцать процентов.

— …нужно согласовать с заказчиком размещение лифтового узла, иначе всё рухнет.

— …я вчера писал Пантелееву, он не отвечает уже три дня.

Главный инженер, конструктор, сметчик и ряд других подчинённых на собрании отчитываются мне о том, как идут дела. Я требую от них максимальной прозрачности, потому что красивая картинка, за которой кроется разваливающийся бизнес, меня не интересует.

И вот они спрашивают, что делать. Я отвечаю. Они снова спрашивают — я опять отвечаю. Причём делаю это на автомате, потому что за годы в кресле руководителя проектного бюро выучил свой бизнес досконально, и ничего из того, что они говорят, не является для меня открытием или проблемой.

К слову о проблемах: причина, по которой сегодняшнее собрание идёт «по одному месту» — потому что я еле фокусируюсь; всё заключается в одном забавном факте.

Забавнее, блядь, не бывает.

И связан он с моей догорой бывшей женой.

— Все свободны, — говорю я и первым выхожу из конференц-зал.

Мне нужно срочно побыть наедине со своими мыслями. С тех пор как я узнал последние новости, сердце забилось как сумасшедшее и никак не перестаёт биться в нормальном ритме.

Думаю про Евангелину не переставая. Наваждение какое-то.

Образ бывшей жены преследует меня словно призрак, доходит до того, что мой мозг играет со мной злую шутку: в запахе духов, проходящей мимо женщины, я учуял запах бывшей жены. Это же клиника. Столько лет прошло, а я превращаюсь в оголённый нерв при одном только упоминании о бывшей.

По пути в кабинет ловлю на себе взгляд секретарши и, не глядя, бросаю ей:

— Что ещё?

— Вам, Екатерина Александровна, звонила и просила передать…

— Скажи, что я занят. Работаю. Разве не видно? — раздражение в моём голосе заставляет мою секретаршу Светлану, женщину в годах, опустить взгляд. — Позвонит ещё раз — скажешь, что сам ей перезвоню. Понятно?