Книга Пламя моей души, страница 172 – Елена Счастная

— Может, и правильно так? — он подошёл медленно. — Что в эту ночь мы здесь. Вместе.

— Может… — она повела плечами, неотрывно глядя в тёмную даль.

— Не тревожься, Еля, — проговорил Леден низко, не сумев совладать с голосом, что скатывался в подрагивающую горячим желанием глубину. — Теперь всегда вместе будем. Умру, но не отдам тебя.

— Не надо умирать, — княжна оглянулась, чуть повернув голову.

Леден провёл ладонью по изгибу её шеи — вниз, а после снова вверх — и Елица потёрлась щекой о неё. Коснулась губами кончиков пальцев — и сорвало внутри все плотины благоразумия. Леден сгрёб её в охапку, впиваясь поцелуем нетерпеливым в нежную тёплую кожу за ушком княжны. А она только в руку его вцепилась пальцами, прижимая к себе ещё сильнее, хоть и так казалось, что немного — и рёбра её не выдержат силы хватки его.

Ладонью она провела по его бедру, пока он целовал её плечо, оттягивая ворот в сторону — и смяла слегка плоть поверх штанов, заставляя стиснуть зубы — аж в глазах потемнело от вспышки опаляющей, что пронеслась по всему телу от места соприкосновения тонкой руки с напряжённым естеством. Утробный стон прокатился в груди — и Елица вторила ему на выдохе, словно стал он для неё особой усладой.

Леден потянул княжну за собой, укладывая на мягкую, ни разу никем не притоптанную траву. Пока опускались они вместе — распустил завязку её понёвы, стащил с бёдер округлых, которые так приятно было сминать пальцами, ощущая жар её кожи. И он прошёлся по ним с нажимом, накрыл княжну своим телом и впился в губы мягкие, податливые, что раскрылись ему навстречу с готовностью.

Он не торопился, оглаживая все изгибы её, ощущая, как вздрагивает она под ним от желания, как выгибается томно, прижимаясь ещё теснее. Одной рукой Леден вскинул её подол, спустился губами на шею. И ниже. Втянул горошину соска сквозь ткань — и Елица охнула тихо. Мягко гладил он нежную кожу княжны на внутренней стороне бедра, нажимая легонько и двигаясь выше. А она стискивала его коленями — и веки её трепетали, прикрытые, когда сводила она брови, отдаваясь на волю его ласк.

Леден коснулся её дрогнувшего живота, приподнял ткань — и провёл губами по обнажённой коже вниз.

— Леден… — выдохнула Елица, запуская пальцы в его волосы, словно остановить вдруг захотела.

Он не ответил ничего, только вжался ртом между бёдер, остро ощущая запах и вкус её вожделения. Провёл языком до лона самого — и Елица качнулась ему навстречу. Он принялся ласкать её неспешно — и голову вело от того, как изнемогает она, как стонет тихо, прерывисто, словно сама стыдится того, что происходит. То пыталась она свести колени, то разводила их шире и перебирала его волосы на затылке, то и дело сжимая в кулачке до боли — тогда вскидывала бёдра и шёпотом умоляла не останавливаться. А после вздрогнула вдруг, заметалась, выдыхая протяжно. И он сам едва не бросился к пику, как разлился по языку вкус её наслаждения.

Елица замерла, раскинувшись, комкая пальцами траву под ладонями. И грудь её ходила рвано, блестели капельки пота над губами яркими, что маковые бутоны. Леден снова обнял любимую, любуясь отражением неги на её лице, стараясь не обращать внимания, как рвёт штаны плоть собственная. Он провёл пальцем по губам княжны, приводя в чувство — и она приоткрыла их, испуская тихий вздох. Взглянула туманно и обвила шею руками.