Книга Адептка его драконьей светлости, страница 22 – Алиса Ардова, Анна Джейн, Екатерина Кариди, и др.

Ларрин заинтригованно обернулась:

— Какие интересные вы, девочки! Одной любовное зелье надо, другой — отворотное. Спокойно жить не пробовали?

— И ничего мне не надо! — возмутилась я. — Но вдруг! Надо же знать, к кому обратиться.

Столовая мне понравилась. И даже не столько своей просторностью и освещением, сколько умопомрачительными ароматами, витающими в воздухе: свежеиспечённая сдоба, тушеные и свежие овощи, нотки грибов, жареного мяса и приправ…

Я жадно вдыхала запахи и также жадно рассматривала зоны–залы, на которые была поделена вся площадь. Каждая зона имела свои столы и лавки, а также невысокие бортики, примерно по пояс, отделяющие зоны друг от друга. Все они были окрашены в приятные пастельные тона, причем разного цвета. Видимо, под каждый факультет и курс. Чтобы адепты ни в коем случае не перепутали где их место… Может, в зависимости от курса и рацион меняется?

В самом конце столовой находилась длинная витрина, на полках которой стояли кастрюли, столовые приборы, подносы… А за самой витриной суетились люди…Впрочем и у витрины толпились адепты, жаждущие приобщиться к кулинарным шедеврам местных поваров.

Желудок недовольно буркнул, понукая меня к действию, я же нахмурилась, призадумавшись, неужели придется самостоятельно себя обслуживать?

И тут мой нос уловил тонкий аромат, доносившийся из зоны слева, которая выглядела гораздо помпезнее, чем все остальные. Хотя бы наличием не одного–двух огромных столов, а нескольких, овальной формы с длинными резными ножками, накрытыми белоснежными скатертями с вензелями академии и стульев с высокими спинками, обитыми бархатом.

Я вновь принюхалась и сбилась с шага. Потому что запах пробудил во мне далекие воспоминания о маме и нашем последнем совместном торжестве.

Тогда на первое подавали мамин любимый суп с белыми трюфелями, редкими и невероятно дорогими ингредиентами, свидетельствующими об определенном достатке.

Учитывая, что торжество было приурочено к совершеннолетию Юргена, на празднике было достаточно высокопоставленных особ со своими семьями, чтобы оценить и самого жениха(внешность и манеры), и то каким благосостоянием обладает наш род. Дабы в итоге заключить братца в список завидных женихов и объявить на него охоту.

Тогда я лишь смеялась над тем, как ловко он отбивается от матримониальных планов пожилых леди и их дочерей, а теперь, вот, оказалась на его месте…

Но аромат…

— Лесси, стой… — донеслось мне в спину, но я как в тумане прошла в зону, чтобы просто увериться, что да, этот тот самый суп, который мама так любила.

Словно его наличие могло бы что–то исправить. Или вернуть мне родного человека. Дать возможность еще хоть одним глазком посмотреть на ее ласковую улыбку или прижаться щекой к ее теплым рукам… Ох, мамочка!

— Только не говорите, что вы из тех самых, проповедующих о невинно убиенных животных ради чревоугодия, — мрачный голос застал меня врасплох.

— Что? — я рассеяно подняла голову, чтобы встретиться взглядом с нахмуренным ректором.

Он совершенно точно давно сидел за столом и я своим появлением вызвала его недовольство. Как я вообще тут оказалась и как не заметила ни его, ни той образовавшейся тишины в столовой, которая, если честно, пугала.

— Вы стоите над моим стейком и льете слезы.