Книга Первая ночь для дракона, страница 88 – Елена Счастная

— Я осуждён за то, какой я есть? — уточнил сумеречник, чему-то невесело усмехаясь.

— Ты мог быть другим. Попытаться быть. Но ты избрал такой путь. Потому — да, — ничуть не задумался Вигхарт.

Он широким и, надо признать, эффектным жестом вынул из ножен длиннющий меч. Один из стражников, что стояли тут же, усилием заставил пленника опустить голову на плаху.

— Именем богов, что хранят эти земли. Именем всех людей, что живут здесь… — закончил его светлость.

Тяжёлым ударом он опустил клинок на шею сумеречника. Эфри ойкнули и зажмурились — все, кроме Эбреверты. И меня, как ни странно. Но я отчего-то не видела, как отделилась голова от тела разведчика. Потому что внутри меня вдруг качнулась явственная волна дурноты. Не от вида крови, а от чувства, будто кто-то очень сильно ударил меня под дых.

Я вцепилась в ограждение пальцами, стараясь дышать. До ужаса чётко ощущая упругие завихрения в мышцах и голове, из которой на миг пропали все мысли. Я ещё видела блик на лезвии герцогского клинка. Слышала взбудораженные голоса — и как будто на время выпала в какой-то другой мир.

— Лора? — окликнула меня то ли Николь, то ли Маргит.

— Всё в порядке, — ответила я, растягивая губы в дрожащей улыбке.

— Надо же, — фыркнула Эбреверта, — в драку с драконицей полезла, а от вида крови вон позеленела вся.

— Не надо было вам ходить. Вы только недавно с постели встали, — запричитала теперь уж точно Николь.

Я выпрямилась, перебегая взглядом с лица на лицо.

— Со мной всё в порядке! — рявкнула слишком резко и громко, даже Марлиз с другой стороны двора заинтересовалась.

Я развернулась и пошла обратно в замок. От таких зрелищ и хлеба не захочется. Ну, ваше жестокосердечное драконейшество, спасибо за насыщенное утро.

Теперь идти на завтрак хотелось ещё меньше. Чуть приподняв подол платья, прижимая ладонь к груди, где ещё словно бы качался липкий туман, я пронеслась по тёмному коридору, слушая отрывистые всплески голосов слуг в каких-то рабочих каморках. Дышать приходилось часто и глубоко, чтобы унять неприятные ощущения, словно в меня плеснули дёгтем. Хотелось отмыться и выпить воды, чтобы прочистить горло.

— Эфри Вурцер! — догнал меня громкий оклик.

Но, узнав голос, я только припустила быстрее. Однако от его проворного драконейшества попробуй убеги. Потому очень скоро в плечо мне вцепились крепкие пальцы, герцог развернул меня и коротким толчком оттеснил к стене.

— Что вы почувствовали? — склонился он ко мне. — Когда умер сумеречник.

Взял за подбородок и повернул голову в одну и другую сторону, пристально вглядываясь в лицо. Но, кажется, ничего необычного не нашёл. Я шлепком по запястью скинула его руку. Опять он трогает меня, как не способную ответить куклу!

— То же, что чувствуют многие девушки при виде того, как голова человека слетает с плеч.

— Вы настолько восприимчивы? — сощурился ящер. — Не подумал бы.

— Я не военачальник кёнига-узурпатора. И не привычна к подобным зрелищам.

Я повела плечом, пытаясь освободиться от довольно мягкой, надо заметить, хватки ящера. Какой-то волнительно бережной.

— Я не звал вас на казнь. — Он покачал головой. — Более того, я был против того, чтобы вы приходили! Сказал явиться на завтрак. Почему вы не слушаете, что вам говорят? Что говорю вам я.