Книга Мир глазами Тамы, страница 127 – Кэтрин Чиджи

Начался отсчет, и участники соревнования один за другим начинали рубить. Бог сказал:

— Дамы и господа, все претенденты уже в деле, и Шону Теннанту досталось бревно с дефектами. Он, конечно, не в восторге, но со жребием не поспоришь. Роб Вельдман быстро вошел в ритм, дело у него идет быстро, за ним следует Исаак Тупуола, но Роб увеличивает разрыв и разворачивается уже через десять ударов! Как он будет действовать дальше? Сердце отчаянно колотится, легкие горят, руки работают без устали, давайте поддержим этих парней! Кричите громче, пусть они вас услышат! Райан Сессфорд изо всех сил старается нагнать лидера, да и Шон не ударил в грязь лицом, но Большой Роб работает так, что только щепки летят! Он опережает остальных, и вот он это сделал! Он финишировал!

— Вот так бы и сразу! – закричала Барбара.

Судья осмотрел бревна, убедился, что никто не смухлевал.

— Ты поймал ритм, – сказала Марни. – Теперь всё будет хорошо.

— Еще рано судить, – сказал Роб. – В финале против меня будет чертов Итан Маккей. – Он посмотрел на меня. – Кстати, а этот что тут делает?

— Вот именно, – сказала Барбара.

— Поддерживает морально? – предположила Марни.

— Нет никаких плохих примет, – сказал я.

Пока мы ждали финала, я позировал для селфи с людьми из толпы, а потом Бог снова принялся считать, а Роб снова тормозил. Чертов Итан Маккей врубался в бревно легко, как в масло. С противоположной стороны арены его жена кричала:

— Боже, Итан, ты просто чудо! Давай! Боже! О боже!

Но Бог ее не слышал. Он сказал: «Итак, сражение началось, только щепки летят. Друзья, вы готовы покричать? Поболеть как следует? Топоры вонзаются глубоко, в точности как мы любим, в самую сердцевину. Роб Вельдман сперва замешкался и теперь идет ноздря в ноздрю с двадцатилетним Итаном Маккеем, оба они уже перешли на другую сторону бревна. Исаак Тупола изо всех сил их нагоняет. Он и Митч Харланд тоже делают переход. Роб и Итан крушат сосну, только посмотрите, какие мощные у них удары, какие глубокие, оба этих парня отлично знают, что делают, они набрали невероятную скорость. Роб пытается завершить соревнование одним яростным ударом, но бревно не поддается. Наш ветеран не может сравняться в силе и скорости с новичком, и, похоже, что Итан… да, Итан Маккей побеждает в этом конкурсе.

Роб швырнул свой топор и заорал:

— Ни хера это не честно, он заранее с бревном нахимичил!

Судья устремился к нему.

— Позвольте напомнить вам, мистер Вельдман, наши правила: оскорбления и грубые выражения запрещаются. Еще одна выходка вроде этой – и вы будете дисквалифицированы. Это понятно?

— Да, – пробормотал Роб.

Судья, как всегда, осмотрел бревна, и, как всегда, выяснилось, что никто с ними не химичил.

— Теперь он лишится приза? – шепнул Ник. Марни покачала головой:

— Очки суммируются по всем конкурсам, так что если дальше все будет хорошо…

Роб подошел, схватил бутылку воды, которую протянула ему Марни, и осушил в несколько глотков. А потом направился под тент для участников.

«Следующий конкурс – одинарная распиловка, – сказал Бог. – Пока участники готовятся, давайте послушаем Эмбер Хейлз, которая только что вернулась с чемпионата по пению йодлем в Тасмании, Австралия».

Тасмания, Австралия, место, откуда пошли первые сороки. Умные сороки, которые подняли небо так, что все земные создания смогли стоять, и ходить, и летать. Да и пение этой самой Эмбер Хейлз немного напоминала сорочье, ее голос делался то низким, то высоким, то снова низким, казалось, она выводит две ноты за раз. Угнездившись на коленях Марни, вдыхая ее запах, я закрыл глаза, немного вздремнул, и мне снилось, что я следую за Женщиной-Солнцем до самого края света.